Книга Советы юным леди по безупречной репутации, страница 81 – Софи Ирвин

— Кто, например? – брюзгливо поинтересовалась Элиза.

— Что скажешь о мисс Стюарт?

— Слишком… бесцеремонная.

— Тогда миссис Гулд? Она довольно смешная.

— В самом буквальном смысле слова.

— Когда ты успела взрастить в себе такую высокую требовательность к остроумию? – удивилась Маргарет. – Перестань, они не так уж плохи.

— Они – не ты.

— Строго говоря, они в этом не виноваты, – рассудила Маргарет, и ее улыбка стала печальной.

Элизе казалось, что виноваты.

— Мелвиллы прибыли, – сообщила Маргарет, выглянув в окно. – «Что ж, снова ринемся, друзья, в пролом»?^[12]

Элиза кивнула, накинула плащ, взяла ридикюль и веер.

Они отправились на концерт. Все пребывали в прекрасном расположении духа. Граф потешил спутниц забавной историей о том, как однажды делил наемный экипаж с известным актером и его ручной обезьянкой. Маргарет и леди Каролина осыпали его добродушными насмешками. Одна Элиза молчала. Разговор с кузиной растревожил ее, она не могла выбросить его из головы. Свою умиротворенность она обрела совсем недавно, ценой больших усилий, и размышлять о том, насколько это состояние шатко, было неприятно.

Они добрались до Верхних залов, отдали служителям плащи и накидки.

— Новый наряд? – спросила Элиза у леди Каролины, не без труда включаясь в беседу, чтобы восхититься платьем из сияющего белого кружева – такой пышной юбки в форме колокольчика Элиза еще ни у кого не видела.

— Да, наконец-то, – ответила леди Каролина, бросая хмурый взгляд на брата.

Тот возвел очи к небесам.

— Каролине понравилось величать меня скрягой, – сказал он Элизе, когда они пересекали холл, – с тех пор как однажды я осмелился предположить, что туфли, инкрустированные бриллиантами, это немного…

— De trop?^[13] – шаловливо подсказала Маргарет, и Мелвилл весело рассмеялся.

— Я не позволю, чтобы мои уроки французского использовались против меня, – сурово сказала ученице леди Каролина и хлопнула ее веером по руке.

В дверном проеме они приостановились. Как и во время первого посещения Элизой Верхних залов, все присутствующие повернули головы в сторону вновь прибывших, только теперь рядом с Мелвиллами шли она и Маргарет.

Окинув взглядом собрание, Элиза нашла леди Хёрли и мистера Флетчера у камина, рядом с ними стояли Сомерсет и Селуины. Она сделала глубокий дрожащий вдох.

— О боже! – пробормотала Маргарет, тоже заметив леди Селуин.

— Постарайся вести себя повежливее, – напомнила ей Элиза.

— Я всегда вежлива, – фыркнула Маргарет. – Если меня не разозлят.

Леди Каролина тихо рассмеялась, и, взявшись под руку, две дамы прошествовали в зал с уверенностью самых очаровательных ведьм на шабаше.

— «Пламя, прядай, клокочи! Зелье, прей! Котел, урчи»!^[14] – процитировал Мелвилл Элизе на ухо, и она заулыбалась.

Граф, казалось, пребывал в отличнейшем расположении духа, просто лучился жизнелюбием.

— Поэма продвигается успешно? – предположила Элиза, когда они прокладывали путь сквозь толпу.

— На сегодняшний день написана тысяча строк, – ответил ее спутник. – Будь я дома, в Элдерли-парке, написал бы больше. Здешняя библиотека может предложить Еврипида только в редакции Порсона, а это не самая предпочтительная для меня версия. Но я все равно доволен. Как вы догадались?

— В такие дни вы особенно… оживлены, – ответила она, слегка смутившись оттого, что это заметила.