Книга «Волково поле», страница 169 – Александр Чигаев

— Отпусти его Родимый, волк уже мертв. Хватит.

Родимый посмотрел на хозяина преданными глазами. Тут и Прохор с Акимом подъехали к ним. Аким попытался раздвинуть челюсти собаке, толи он уже не имел таких сил в руках, толи Родимый так крепко держал волка, но ни чего из этого не вышло.

— Не надо Аким, Родимый сам сейчас отпустит. Он у нас умный.

— Не отпустит барин он, не отпустит, видишь, как судорога челюсти свела-то. Может и задохнуться собака.

— Нет, Аким, не волнуйся, все будет нормально. Это его первый матерый волк, еще минуту и он отпустит.

Александр продолжал гладить собаку. Через минуту Родимый выпустил волка из своей пасти.

У Акима текли старческие слезы из глаз. Он все время причитал.

— Дождался все-таки я, дождался, теперь и помирать можно, а то барин там совсем меня заждался. Как ему там без меня, ни как нельзя, вот, и пора свидеться.

Огромный труд поколений завершен. Ничего уже улучшить невозможно, можно, только повторить. Александр встал во весь рост и громко закричал.

— Я счастлив отец, ты слышишь меня, мы счастливы. Мы Волковы.

IV Эпилог.

Кошта умер вскоре после Бородинского сражения. Он дождался награды сына и с гордостью покинул этот мир. От него осталось две строчки, но они были намного интереснее. Когда родился Кошта, он и сам не знал толком. Вместо даты и года рождения, ему в скобках написали, русский, тире, год смети. Об этом он сам просил. Португальский разбойник и пират так полюбил свою новую родину, что по-другому и не мыслил. Русский он, Иван Семенович Константинов.

Сыну Кошта, Семен Ивановичу Константинову не поставили отдельного памятника. Да и зачем это делать. Его похоронили в братской могиле на Бородинском поле, как и тысячи тысяч таких же русских людей, каким он и сам был. Рядом, друг с другом нашли свое упокоение князья, графы и их крепостные крестьяне. Там они были все равны. Все они погибли во славу России. Благодарные потомки поставят им памятник, где золотыми буквами будет вписана и фамилия Семена Ивановича Константинова, офицера, истинно русского человека.

Аким не долго прожил, после первой работы Родимого. Его похоронили на сельском кладбище, и там было всего две строчки Чирков Аким Аверьянович. Дата рождения и дата смерти. Всего две строчки, а какая жизнь. Похоронили его рядом с его закадычным другом Кошта.

Александр умер в возрасте шестидесяти лет. Нога его вновь распухла, открылись старые раны, сердце его перестало биться. Все те же две строчки.

Через десять лет, рядом с ним легла и его жена. Все те же две строчки. Они любили друг друга, им и лежать вместе.

Больше всех прожила Анастасия. Она и мужа похоронила и всех своих детей, оставив в наследство внукам и правнукам Волковых и Ростоцких огромное состояние. Это она управляла всеми имениями этих больших семей, после смерти Александра. Еще она оставила три фабрики, два завода и огромный пай в Петербургском банке, где она была и учредителем. До девяноста лет она трудилась не покладая рук, потом тихо отошла от дел, давая возможность внукам проявить свои способности. Родившись в эпоху Екатерины Великой, она пережила многих российских самодержцев. Не приняла Анастасия и восстание декабристов, хотя и была категорически против крепостного права. Декабристов она назвала великим позором России, еще и добавила.