Книга Его счастье, страница 106 – Энжи Вэс

— Шарлотта, даже слепому ясно, что его светлость не питает к вам никаких чувств. Как бы вам не хотелось фантазировать обратное, в реальности свои правила. И одно из них гласит «Не всегда можно получить желаемое».

Шарлотта резко развернулась к ней и, толкнув Оливию, со слезами на глазах побежала прочь. Оливия была довольна собой. Наконец, она заткнула рот этой Шарлотте Уоррен. Она повела себя, как маленькая избалованная девочка.

— Я все слышал, — сказал знакомый голос. Это был Саймон. Его руки были заведены назад. — Я стоял неподалеку.

Оливия почувствовала холодок, пробежавший по спине. Ей стало неловко.

— И как много ты слышал?

— Достаточно. — Саймон так лукаво смотрел на нее, что Оливии стало волнительно. — Не кажется ли тебе, что ты была не очень милосердна к леди Уоррен?

Оливия посмотрела в ту сторону, куда она убежала.

— Она это заслужила. Уж слишком много она оскорбляла и издевалась надо мной.

Саймон изумился.

— Издевалась, говоря о моей предполагаемой симпатии к ней? Не нахожу здесь справедливости. Мне кажется, Оливия, ты оцениваешь свое поведение более снисходительной меркой, чем мое.

Оливия свела брови вместе.

— О чем ты говоришь?

— Я о том, что ты даже не подумала, что Шарлотта могла быть влюблена в меня. А сейчас ты обошлась слишком жестоко с человеком, которому я нравлюсь.

— Я всего лишь сказала правду.

— Сказать правду можно по-разному. Ты же выбрала прямой и жестокий удар в лоб. Ты осудила меня за немилость к Фредди, а сама в это время не жалеешь чувств Шарлотты. И теперь я хочу спросить тебя. — Он подошел к ней ближе, смотря в глаза. — Так ли мы отличаемся друг от друга?

Оливия была ошеломлена, и Саймон видел это по ее взгляду. Он ушел, оставив ее наедине со своими мыслями.

Ее сильно поразило, как Саймон пролил свет на нее со стороны и как ловко он перевел на нее стрелки. Определенно, Саймон был неправ. Но его слова по какой-то причине заставляли ее все время возвращаться к этому эпизоду. Оливия ощутила новую волну желания что-нибудь написать, чтобы отвлечься.

Оливия попросила миссис Рутнер обеспечить ее необходимой канцелярией. Хорошо, что в доме имелись краски, фартук и даже старенький мольберт. Уединившись в комнате, похожей на заброшенную мастерскую, она спустя столько времени начнет писать. По неизвестной причине ей захотелось остановиться в этом помещении.

Здесь было достаточно света благодаря западному окну, тогда как день близился к концу. Оливия провела рукой по шершавой поверхности бумаги. Оглянувшись вокруг, она не ощущала присутствия времени здесь. Словно оно застыло в тот момент, когда эту комнату оставили нетронутой. Закрыв глаза и принюхавшись, она ощутила запах старых вещей и дерева. Это было прекрасно, потому что каждая ветхая вещь имела свою историю в этом мире, свою маленькую жизнь. Для нее они всегда представляли особенную ценность. Яркий свет солнца накрыл комнату своим одеялом словно позолота. Повсюду лежали куски дерева, из которых когда-то изготавливали различные вещицы.

Оливия взяла в руки деревянную игрушку, напоминающую лошадку. Работа была выполнена искусно. Изгибы вырезаны плавно и точно. А на окне стояла незаконченная дикая лисица. Повсюду стояли и предметы женских украшений, например, заколки и гребни. Оливия заметила даже деревянную посуду, которая была окрашена в синем и белом цвете. Это напомнило Оливии гжелевский стиль. Она поражалась тому, что все эти прекрасные вещи лежали здесь, в огромных слоях пыли. Им стоило бы красоваться на витринах магазинов или быть расставленными по дому на виднейших местах. Но Оливии пора приступать к своему делу.