Книга Неудачник. Часть первая, страница 10 – Германдаль

— Сыграй-ка мне что-нибудь, – сказал он, закончив.

— А? Что? – спросил я, опомнившись.

— Сыграй мне, говорю.

— Но я же уже лет 5 не играл.

— Ну и что, что не играл. Я хочу послушать, не стесняйся.

— Ну, ну ладно, – сказал я робко. Единственное, что меня смущало тогда, так это моя игра на фо-но, не знаю почему.

На самом деле, я приукрасил, я играл на фо-но, когда начал дружить с Федором, но до этого я его забросил, действительно, на 5 лет. В тот раз я сыграл неплохо, даже хорошо, правда, не помню, что именно играл.

— А ты довольно хорошо играешь, – сказал он, – особенно учитывая перерыв. А ну-ка подвинься, сыграем вместе. (Я подвинулся, он достал какие-то ноты и поставил их на пюпитр.) Я думал, что ты примерно так и играешь. И поэтому, я сочинил для нас дуэт. Ты играешь это, а я это (он поочередно указал на ноты). Но тут все и так понятно. Начнем!

Он сидел справа, а я слева. Можно было понять какие ноты для меня и без объяснений, а так, на глазок (по длительностям все уже было ясно). Я, конечно, допускал ошибки, хоть темп даже для меня был не очень быстр (я имею в виду в моей части, в его – было куда сложнее). Мелодия была необыкновенная: как-будто слияние Моцарта и Шопена (очень веселая, но и в то же время чрезвычайно душевная, человечная, проникающая). Мы играли ее, посвящая друг другу, мы в вкладывали в нее все чувства, которые испытывали. У нас получилось очень красиво. И, может быть, никто еще не игра так, как мы в этот вечер.

— Это моя благодарность тебе, – сказал он, когда мы только закончили. – Эту мелодию я создал в честь тебя и только для тебя.

— Спасибо за этот шедевр, – сказал я, и мы крепко обнялись. Котенок запрыгнул на клавиши, что мы даже вздрогнули, и начал ласкаться. Мы улыбнулись и начали его гладить.

— Да, кстати, забыл, – начал Федор, – ты можешь некоторое время перестать ходить ко мне в гости?

— Почему? – спросил я, недоумевая.

— У меня дело есть. Всего несколько дней.

— Ну хорошо, – согласился я. Но ничего хорошего не было. Я чертовски испугался, я чувствовал, что приближается не сулившее ничего хорошего событие. Ночь я спал плохо. Я просыпался от находивших в мою голову ужасов. И всех о какой-то темной силе. Один раз даже, ко мне из соседней комнаты вышел Федор и спросил, что со мной такое, что меня тревожит. «Ужасы» – отвечал я. Он меня успокоил, поговорил со мной и сказал, что его тоже давно мучают ужасы, и тоже о какой-то темной силе.

VIII Неизбежность

Я перестал ходить к нему, как он просил, несколько дней, но ужас не покидал меня. Моя голова была постоянно чем-то забита, был рассеян, был как в забвении. О все эти 3 дня, что я не ходил к нему, он ни разу не явился в парк. Такое случалось, особенно в последнее время, но в этот раз я особенно тревожился. Конечная точка моего ужаса было поставлена в 3 день.

Я как можно скорее к нему пошел. Позвонил в дверь, но ждать не стал и сразу воспользовался данными им ключами. Я вбежал, выкрикивая его имя. Из его спальни послышался тихий голос. Я обрадовался и тотчас ворвался в его комнату. Он лежал на кровати. Я быстро взял стул и сел возле него. Только когда я сел, я разглядел его. Он был худ как скелет, был весь бледен, была видна каждая его жилка, челюсть его отвисла, как-будто он устал ее держать, его красивые зеленые глаза потускнели, он был как живой мертвец.