Книга Подружки. Другая история, страница 28 – Кирьян

— Нам бы пора выдвигаться, — порекомендовала Лека.

— А что мы делать-то будем? Есть план? — Хани увидела пыль на тряпках и отряхнула себя.

— Наверное, мне следует рассказать вам обо всём… — предположила Олива, в какой-то степени сомневаясь.

— Тут неуместно слово "наверное". Если мы не будем знать, что будет делаться, то как же нам хоть что-то изменить, — съязвила сладкая.

Человек и горькая осуждающе глянули на сладкую.

— Что? Если вы считаете, что я груба, то вините во всём это платье-мешок. Он не даёт мне быть доброй, — указала на наряд повелительница мёда.

— Олива, расскажи нам, что посчитаешь нужным, если боишься довериться полностью, — предложила Агата.

Кислая украдкой глянула на каждую из трёх.

— Я не боюсь. Я всё расскажу. Давайте решим вместе, что делать, — скромно вымолвила она.

Ощутив доверие кислого духа, подруги обрадовались. Чтобы не тянуть время, Олива сразу же выложила всю задумку соотечественников. Они собирались проплыть через Море кислоты и причалить к берегам Горькой империи, а затем неожиданно напасть. Олива поведала и о составе команды кислых. В неё входили одни из лучших. Лека испугалась, что без жертв они всё равно не обойдутся, так как горькие тоже отправят наилучших бойцов. Долго девочки ломали голову над сложной задачей, но в итоге придумали решение и приступили к исполнению.

На следующий день кислые прибыли в Горькую империю и обомлели. Весь берег был залит самым липким мёдом, который они когда-либо встречали. Так ещё и пчёлы жужжали со всех сторон. Они предположили, что горькие либо объединились со сладкими, либо у них здесь прошёл бой. Второе предположение звучало правдоподобнее.

Но кислые не остановились перед липкой неприятностью. Они попытались обойти препятствие, но это заняло некоторое время. Тут уже подоспели и горькие. Казалось бы, что бой вот-вот начнётся, но не тут-то было. Бойцов начали жалить пчёлы, так ещё и камни прилетали откуда-то, но и это было лишь частью беды. Каждый укус и царапина будто отнимали силы вояк. Осознав, что в таком состоянии не победить, кислые вернулись на корабль и уплыли. Горькие же без сил повалились на землю.

В это время где-то в кустах что-то зашевелилось. Четыре девушки побежали прочь. Остановившись в глухой чаще у кофейного пруда, они засмеялись.

— У нас получилось! — завопила Агата.

— Кто бы знал, что всё может быть так просто, — отдышалась Лека.

— Просто? Я выдохлась! Мало того, что моё самолюбие сжимает этот наряд, так ещё и пришлось вылить столько мёда, а мои бедные пчёлки… — свалилась в траву Хани.

— Я и не думала, что можно так смешивать вкусы… — тихо дивилась Олива.

А поступили девушки таким образом. Они объединили свои силы. Лека поколдовала над пчeлами сладкой, и теперь их укусы могли усыплять, а Хани намазала камни мёдом, потому, когда кровь горьких и кислых соприкасалась с другим вкусом, они слабели. Кидались же камнями Олива и Агата.

— Вы как хотите, но я собираюсь переодеться, — направилась в кусты сладкая, напевая радостную песенку.

— Но, Хани, мы ещё в Горькой империи, — напомнила Агата.

Повелительница мёда остановилась и, обернувшись, разочарованно глянула на подружку.

— Цветочек, ну зачем ты меня остановила? — заныла она.

Олива и Лека с интересом наблюдали за нытьём Хани, пока Агата пыталась её утешить.