Книга Тайна портрета герцогини Розы, страница 47 – Кирьян

Ева и до свадьбы была частью графской семьи. Её родители и родители Мартина на протяжении многих лет принадлежали к одной фракции. Они иногда наведывались друг к другу в гости. Во время таких посещений молодые Ева и Мартин познакомились. Наследник Ламоньеров был с юношеских лет весьма амбициозным, поэтому его больше интересовали дела политические, а не любовные. Из-за этого с Евой за все те разы встреч они перекинулись только парой фраз. Вскоре их отцы приняли решение объединить свои семьи путём брака детей. Тянуть с этим не стали, и свадьба состоялась буквально через неделю.

Сама же молодая невеста, будучи четырнадцатилетней и неопытный особой, была довольна такой партии. Мартин прекрасно разбирался в делах аристократии, знал, как вести себя в кругу высокопоставленных лиц, с ним она могла не переживать о будущем.

— Но как же ты тогда относилась к папе с точки зрения личных качеств? Не волновала ли тебя разница в семь лет? — хотела узнать переживания матери о личности мужа Сара.

— Он был учтив, вежлив, не переходил черту приличия. Мне этого хватало, а другое попросту не интересовало. Что касается возраста…твой папа был самым молодым претендентом в мои женихи, так что критиковать этот факт не приходилось, — как-то безэмоционально проговорила Ева.

Сара слегка вздохнула.

"Мама и в юности рационально ко всему относилась. Я так не могу… Одних только светских черт мне не хватит для сближения с человеком. Может, я слишком требовательная и привередливая?" — про себя посмеялась девушка.

Ева обратилась к дочке:

— Как ты относишься к Его Светлости? Тебя что-то в нём не устраивает?

Сара опустила взгляд на сцепленные в замочек свои и матери руки. Она понимала, что родительница не разделит её взгляды на свадьбу с незнакомцем. Девушка не хотела переводить чувства на задний план, а Ева же и вовсе на них не обращала внимания. Сара хотела другого, а её мать бы посоветовала ей смириться, как и все другие мирились с судьбой титулованной особы. Она не ошибалась в своих суждениях, так как хорошо знала натуру родителей.

"Как жаль, что мы с ней такие разные", — грустно посмотрела в глаза мамы Сара.

— Он — неплохой человек, хорошая партия… — прозвучал заготовленный ответ, который понравился Еве.

Женщина одобрительно покачала головой.

— Сара, как хорошо, что ты это понимаешь. Ты ещё привыкнешь к нему, просто подожди. У тебя же есть год, вы с герцогом ещё найдете общий язык. Я в свои годы довольно быстро нашла подход к Мартину, для этого я выбрала позицию поддержки и следования за ним, — поделилась своим рецептом семейной жизни Ева.

Сара продолжала смотреть в глаза мамы.

— Мам, а вы счастливы с папой? — вопрос вырвался сам по себе.

Ева посмотрела на дочь с таким видом, будто та сморозила какую-то очевидную ерунду.

— Конечно, у нас же хорошие отношения. Ссоры не происходят, дела идут, как видишь, прекрасно, у нас есть ты и Теодор. Разве это не признак стабильной семьи? — заявила Ева.

Сара в этот миг окончательно поняла, что она и её мама вкладывают в понятие" счастье" разный смысл. Она знала, что счастье для каждого имеет свою собственную формулу, свои оттенки. Найти константу в этой задачке было бы сложнее, чем разгадать тайну таинственного портрета. Счастье — это не аксиома, а скорее теорема, которую каждый доказывает своим собственным способом.