Онлайн книга «Полигон»
|
— Да, это был я, если всё верно и мы оба не ошибаемся. Жаль, что так и не увиделись. Он меня не нашел. И я его. Мне потом, позже передали, что он искал меня, хотел внезапно появиться, удивить, так сказать. Последние фразы Багров произнес как-то сбивчиво, будто потерял уверенность. Изменение можно было не заметить и посчитать за вполне естественное, но Сезонов взял это на заметку. — Да. Печально. — Ну, что теперь делать… Как его семья? — У вдовы настроения до сих пор нет. Дети, сами грустные, стараются эмоционально поддерживать ее. — Им нужно что-то? Какая-то помощь? Может, я бы мог… — Я им передам о вас. Подошел гнусавый юноша-официант и поставил перед мужчинами, сняв с подноса, бокалы светлого пенящегося алкоголя и стеклянную миску с ароматными чесночными гренками из темного хлеба. Полминуты офицеры помолчали, распробовав пиво и закуску. — Когда искал вас, узнал немного информации из личного дела. Вы из Петербурга, верно? — Так точно. После службы по призыву и спецобучения остался в тренировочном центре общевойсковой подготовки, а с января этого года переведен сюда. «Ну, гражданин Ярков, — думал Сезонов, слушая рассказ капитана о себе, — и где здесь следственный? Мне врал? Но зачем, если намерен был рассказать всю правду от и до? Или действительно не разобрался тогда? Или сейчас в лицо врет Багров? Хотя про службу в Питере — правда, но вот где на самом-то деле…» — Но скажите, — глотнув пива, спросил Багров, — вы хотели увидеться, чтобы сказать мне про смерть Ковалева? Или узнать, что я это знаю? — Я хотел увидеться, чтобы узнать, насколько хорошо охраняются часть и полигон на трассе в сторону Туношны. Сезонов обыденно проникновенным взглядом прямо смотрел на Багрова. Тот выдержал, но недолго — отвел глаза в сторону, заглушая в себе подступившие эмоции волнения и подозрения, спешно заменяя их на холодность и будто принятие в свой адрес такого вполне естественного вопроса. «Так вот зачем ты здесь, подполковник Сезонов. Так вот зачем тебе я. Тебе что-то известно. Точно — известно. Насколько далеко ты зашел в своей логике, своих рассуждениях? Где имеешь своего крота, который сливает тебе информацию о следствии по делу о смерти офицера Ковалева, о полигоне и военчасти? Почему не говоришь прямо, что́ знаешь? И много ли успел узнать? Что удалось выведать?» Этим самым подполковник подтвердил, что ему известно, в каком конкретно месте он, капитан Багров, проводит свои служебные часы. Этим самым Сезонов дал понять, что он связывает трагедию Арсения Ковалева с полигоном у Туношны. Ведь не зря сначала заговорил о полковнике. Но знает ли этот московский в действительности, чем он тут, Багров, занимается? Знает ли, что́ на самом деле происходит на полигоне и почему столь важно, как о том, что происходит под его землей, никто ничего не знал? «Игра против меня, да? Ну ничего, ничего. Я не проиграю ни одного раунда. Как бы увести тебя подальше… Тебе не надо знать много. Точнее — тебе не надо знать всего. Ты принесешь много проблем, Сезонов, если еще будешь пытаться приблизиться к тому, что хочешь разгадать. Ты уже — сама проблема. Ты сам их себе создаешь. Зря. Ты ступил на опасную дорогу. И если ты понял или догадываешься, с чем имеешь дело, будешь бояться оповестить свое командование. Потому что сам не поверишь в происходящее. Потому что самой большой верхушке вовсе неизвестно о творящихся в части делах. Тогда будет тем проще тебя, одного, раздавить.» |