Книга Соперница королевы, страница 110 – Элизабет Фримантл

— Возможно, ваши источники не стоят платы, секретарь, – ехидно фыркает Эссекс.

— Вы слишком много думаете о кровопролитии, милорд. – Берли спокойно смотрит в глаза Эссексу. Из его груди доносятся хрипы. – Полагаю, вам знакомы слова пятьдесят пятого псалма: «Кровожадные и коварные не доживут и до половины дней своих».

— Что вы имеете в виду, милорд? – огрызается Эссекс.

Советники не сводят с них глаз, словно наблюдают за игрой в теннис.

— Мой отец имеет в виду, – отвечает Сесил, – тому, кто сперва бьет, а потом говорит, уготована короткая жизнь.

Взгляд Эссекса становится холодным. Через пару мгновений он произносит:

— Звучит как угроза.

— Хватит! – прикрикивает королева.

Однако граф не собирается останавливаться.

— Я предлагаю на пост в Ирландии Джорджа Кэрью? Кто за? – Елизавета недовольно поджимает губы. Кэрью тревожно ерзает рядом с Сесилом.

— Мы не спрашивали твоего мнения, Эссекс. – Королева говорит величественно, повелительно, ее голос способен остановить любого – но, видимо, не графа.

— У него есть боевой опыт. Вы хорошо мне служили в Кадисе, не так ли? – Кэрью неловко кивает. – Достаточно хорошо, чтобы я пожаловал ему рыцарство. – Эссекс поворачивается к королеве.

Не самый разумный шаг – напоминать о том, как он вольно швырялся званиями. Граф явно потерял голову. Сесил оглядывается, прикидывая, на чьи голоса может рассчитывать – в их числе его тесть, лорд Кобэм. Позиция Рэли пока не ясна; тот совершенно непроницаем, и это выводит из себя.

— Значит, Кэрью теперь твой человек, Эссекс? – В голосе Елизаветы слышен сарказм; весь совет знает, что Кэрью – человек Сесила.

— Кэрью можно доверять, – заявляет тот, вздернув подбородок.

— А Ноллису, выходит, нельзя? – Королева играет с ним, как кошка с клубком шерсти.

— У обоих много замечательных качеств, – подает голос лорд-адмирал Ноттингем, по своему обыкновению стараясь угодить и вашим, и нашим.

— Ноллис больше подходит для службы в Ирландии. – Елизавета хлопает ладонью по столу, давая понять, что вопрос решен.

Рэли ухмыляется.

— Вы ошибаетесь, – почти выкрикивает граф.

Советники замирают, ожидая ответа королевы.

— Нужно выбить из тебя эту дурь. – Она поворачивается к нему, заносит кулак. На щеках из-под слоя белил проступают розовые пятна, выдающие ярость.

— Я не мальчик, которому мать может надрать уши. – Скрипнув креслом, Эссекс резко встает и поворачивается к ней спиной.

Елизавета мгновенно вскакивает и бьет его по скуле.

— Дерзкий нахал!

Эссекс хватается за меч. Все ахают. Лорд-адмирал набрасывается на графа сзади, оттаскивает прочь. Королева невозмутимо садится на место, будто ничего не случилось.

— Уберите его!

Все ждут, что она добавит: «Посадить под арест!» Угрожать оружием правительнице Англии – самая что ни на есть измена. Однако Елизавета молчит.

Адмирал снимает с Эссекса пояс с мечом. Граф сопротивляется, жалуясь, что его достоинству был нанесен урон и он не мог с этим смириться. Меч падает на пол: на рукояти выгравированы инициалы ФС. Сесил и забыл, что Сидни завещал Эссексу свой лучший меч, словно препоручая ему роль самого галантного рыцаря королевства. Адмирал тем временем подталкивает графа к выходу. «Ради бога, возьмите себя в руки!» – шепчет он.

Сесил перебирает бумаги, не смея поднять взгляд из боязни, что на его лице написано торжество. Переступив через порог, Эссекс оборачивается, кричит Елизавете: «Вы так же уродливы душой, как и телом!» Дверь захлопывается. Советники переглядываются. Королева – наместница Бога на земле, все до глубины души возмущены поведением графа, который обращается с ней как со сварливой базарной бабой. Бросив взгляд на отца, Сесил замечает на его губах слабый отблеск улыбки. Кап, кап, кап.