Книга Герцог-пират, страница 158 – Джо Беверли

Торн как-то сказал, что она прирожденный лидер. Белла тогда не согласилась, но, возможно, он был прав, говоря, что люди видят ее именно такой. Лидер – это тот, кто предпочитает действовать, а не хвататься за голову? Получается, овцы, попавшие в беду, ищут спасения?

Ей не хотелось думать об авторах писем как об овцах. Но даже Мэри, с ее здравым смыслом, и Гортензия, такая свирепая и резкая, были без гроша за душой и абсолютно зависимы от леди Фаулер. Этого было достаточно, чтобы лишить мужества кого угодно. И именно это удерживало ее в Карскорте в течение четырех лет.

Тем не менее Белла хотела бросить письма в огонь и приступить к осуществлению своего плана, а именно покинуть Лондон. У нее не было никаких обязательств перед этими женщинами.

Белла намазала маслом еще кусочек хлеба и поверх густо положила сливовый джем. Эта ситуация не имела к ней никакого отношения. И если назревала глобальная катастрофа, то Белле не стоило ввязываться в это дело.

Кусок не лез ей в горло.

Она застонала от негодования, понимая, что ей придется еще как минимум раз побывать у леди Фаулер. Иначе она будет страдать от чувства вины до конца своих дней. Возможно, это были просто дикие домыслы и паника. Она видела, с какой скоростью обычно тревога по пустякам разносилась по дому леди Фаулер, как пожар.

Кроме того, она сама была обязана леди Фаулер. Ведь та предоставила ей убежище, когда Белла в нем так нуждалась. И, вероятно, это мог быть последний раз, когда она бы ее увидела перед смертью.

Китти вернулась. В ее руках было голубое платье и красивое нижнее белье Беллы.

— Ах, Китти. Боюсь, мне все-таки понадобится одно из платьев Беллоны. Необходимо нанести последний визит в дом леди Фаулер.

Лицо Китти вытянулось, и Белла приготовилась к долгому спору. Но затем последовал ее встревоженный комментарий:

— Тогда это в последний раз, мисс.

Белла рассмеялась.

— В последний раз. Я обещаю.

Белла перевоплощалась в Беллону уже шесть месяцев. И это не казалось ей странным, даже поначалу. Возможно потому, что образ Беллоны идеально подходил для человека с холодным сердцем, сбежавшим из Карскорта. Теперь для Беллы это была более неудобная маскировка, чем, например, образ Келено или других ее недавних персонажей. Направляясь к дому леди Фаулер, она боялась, что все обязательно поймут, что она не та, за кого себя выдает.

У двери она подумала о том, что нужно постучать. Она не чувствовала себя больше уверенной в своем образе как раньше. Но все же решила войти. Эллен Спенсер вышла из скриптория – комнаты, где женщины из общества переписывали письма леди Фаулер. Эллен вытаращила глаза, взвизгнула и побежала наверх.

Белла с удивлением наблюдала за ней.

Потом вокруг нее стали появляться другие женщины: суетящиеся, объясняющие и перебивающие друг друга, так что она ничего не могла понять.

— Молчать! – приказала Белла, и ей повиновались.

Да, Беллона вернулась, и овцы примкнули к своему мрачному пастуху. Ей снова захотелось повернуться и убежать, но она не смогла бросить их.

— В гостиную, – сказала Белла и пошла впереди. Оказавшись там, она спросила: – Что за шум? – Дюжина ртов раскрылась одновременно. – Пусть говорит одна из вас!

— О, Беллона, – начала Клара, вытирая слезы, – я так счастлива, что ты вернулась. Ты точно должна знать, что нам делать.