Книга Герцог-пират, страница 104 – Джо Беверли

Он наклонил голову.

— Тогда я могу называть вас просто Белла?

— Я полагаю, это было бы уместно… – хотела согласиться Белла, но потом осеклась: – Нет, не стоит. Если вы будете называть меня моим настоящим именем в окрестностях Карскорта, то меня точно узнают.

— Вы правы. Действительно, острый ум, – одобрил он. – Тогда как мне к вам обращаться?

— Условимся так: «жена» или «миссис Роуз».

Каким болезненным будет для нее это притворство! Но это все же лучше, чем попрощаться с ним в Лондоне и, вероятно, никогда больше не побыть наедине.

— Если мы хотим казаться такой традиционной парой, то вам следует быть чопорной молодой женой. – Он лениво оценивал ее. – Ваша одежда подходит для этой роли, но ваша активность – нет. Возможно, нужны очки. – Белла испугалась, потому что очки были частью образа Беллоны. – Из простого стекла, конечно, – добавил он.

— Но где бы я могла найти такие вещи?

— Я раздобуду их для вас. И кольцо, конечно.

Все хуже и хуже. Белла потерла безымянный палец левой руки.

— Все это кажется очень неправильным.

— Все ради благого дела, – сказал он так небрежно, что она готова была влепить ему затрещину.

— От путешествий у меня начинает болеть голова, – солгала она. – Не могли бы мы обсудить все позже?

Он, конечно, согласился. Это позволило Белле примириться с ее страданиями. Она отвернулась к окну и попыталась притвориться, что его нет рядом.

Ей необходимо было прийти в себя, поэтому перерыв на чай, пока меняли лошадей, придал ей сил. Для нее было подарком это украденное время, проведенное с этим мужчиной. Она хотела извлечь из этой ситуации максимум пользы и узнать о нем побольше.

Когда они снова тронулись в путь, она спросила:

— Итак, какие у вас дела в Лондоне, сэр? Как это связано с кораблем?

— Точнее, с грузом. Это займет совсем немного времени.

— А ваш корабль? «Черный лебедь»? Вас на нем не хватятся?

— За ним ухаживают – чистят дно, – сказал Торн.

И Белла начала расспрашивать его о кораблях и море.

Некоторое время спустя она обнаружила, что уже рассказывает о себе, но с некоторой опаской, и об Оксфордшире: о географических особенностях, сельском хозяйстве и промышленности. Ей было стыдно за свое невежество, и пришлось признаться, что она была плохой ученицей.

— Больше интересовались тайными встречами с молодыми людьми в дальних уголках поместья? – сказал он.

— Но только после того, как мне исполнилось пятнадцать, уверяю вас, сэр. До этого я просто мечтала об этом на уроках.

— Мечтали встречаться с молодыми людьми в дальних уголках поместья?

— Нет. Я мечтала знакомиться с молодыми людьми на приемах, балах и собраниях. Возможно, даже в Лондоне. При дворе. – Она улыбнулась, вспоминая о своей юношеской глупости. – И, само собой, чтобы меня все обожали.

— Сколько же из ваших мечт сбылось? – спросил Торн, стараясь не отвлекать ее от откровенных воспоминаний. Он хотел узнать о Белле Барстоу все.

— Некоторые сбылись, – сказала она. – Я начала посещать местные собрания в шестнадцать лет и отправилась в Лондон зимой 1760 года.

— Когда Георг Второй был еще жив?

— Да. Я была представлена ему. Он разговаривал со мной очень резко, но я думаю, что он просто поддразнивал меня. Не могу сказать точно – у него был такой сильный немецкий акцент. Я так понимаю, у нашего нового короля вообще нет акцента.