Книга Запретная любовь, страница 85 – Халит Зия Ушаклыгиль

Бихтер тыльной стороной ладони прикрыла Бехлюлю рот, чтобы не дать ему говорить и больше не слышать его суждения. Бехлюль поцеловал её руку. Он полагал, что изменился рядом с этой женщиной. Он ощущал то, о чём говорил и больше не был актёром, игравшим в игру, а отдался искренности чувств. Он сел рядом с Бихтер, прижал её к себе и сказал ясным голосом, немного похожим на любовный напев:

— О! Если бы Вы знали, что я получаю, любя Вас: жизнь, себя, существование… Вот что Вы мне даёте. Я был бесчувственным и бездушным, пока не полюбил Вас, всё, ради чего я бегал и старался, было ложью, изобретённой, чтобы заполнить молодость, которую не хотелось провести впустую, понимаете? Эта жизнь была ложью от начала до конца. Я чувствовал, что моя душа испорчена этой ложью и больше не способна трепетать от чистой и возвышенной любви. Вы всё изменили, пробудили наивные и чистые желания души, считавшейся мёртвой. Вы показали, что сердце, которому не хватало сил любить, не любило, но теперь будет любить только Вас. О! Если бы ты знала, Бихтер, как я люблю тебя? Если бы ты знала, как я буду любить тебя до самой смерти, после смерти, навеки… Ты, Бихтер, тоже любишь меня, да? Ты будешь моей, и только моей, верно?

Его губы касались губ молодой женщины, словно желали получить ожидаемый ответ. Губы слились в долгом поцелуе, который на этот раз огём любви тронул их души. Вдруг Бихтер вздрогнула и сказала:

— Но это безумие! Я уже целый час здесь.

Она встала и хотела уйти. Бехлюль тоже стал на ноги, держал её за руки и не хотел отпускать. Они посмотрели друг на друга, потом снова поцеловались и молодая женщина высвободила руки и убежала.

После второй встречи мучения Бихтер прекратились. Теперь она призналась себе, что любит Бехлюля. На любовных горизонтах постепенно стирались последние тревоги и рождалось яркое светлое утро. Запретный вкус любовного греха утолил её любовную жажду, опьянив настолько, что детали остальной жизни были стёрты. Она отдалась этой любви всем существом и не чувствовала ни мучений, ни малейшего беспокойства. Она обнаружила, что счастлива, совершенно счастлива. Чувство страха, изредка появлявшееся в сердце, заставляло её вздрагивать от счастья.

В основном их привлекали трудности и опасности любви. Принадлежавшая только им тайная жизнь на глазах у всех, ещё больше сближала и придавала отношениям больше искренности.

Лишь иногда им удавалось пожать друг другу руку, обменяться небольшим поцелуем, парой слов договориться о встрече. Их встречи были очень редки, они постоянно чувствовали тоску, подобно обручённым, которые не могли найти случая остаться наедине.

У них постоянно оставалось неудовлетворённое желание, даже в редкие и короткие встречи эти двое неустанно тосковали друг по другу. Они всех боялись. Того, что выглядело естественным до начала отношений могло хватить для обнаружения всех секретов. Однажды они увидели, что Аднан Бей смотрел на их улыбавшиеся друг другу глаза и сразу побледнели. Бихтер придала большое значением тому, что их взгляды заметили и весь день боялась, что муж вдруг подойдёт, схватил её за руки и скажет: «По глазам вижу, что ты мне изменяешь!» Она не могла избавиться от подозрения, что домочадцы знают и молчат из жалости и чувствовала необходимость тихо разговаривать рядом с ними и по возможности держаться подальше от Несрин и Шайесте. Если раньше она не упускала возможности пристунить служанок, непослушание которых не ускользало от её внимательного взгляда, то теперь словно отказалась от борьбы с ними.