Книга Как в японской дораме, страница 96 – Вера Анмут

К плечу прикоснулось что-то мягкое и горячее. Дремота уже обволакивала мой разум, однако реальность отошла ещё не слишком далеко. Прикосновение оставили не руки, а губы, полные, чётко очерченные… вкусные. «Я решил подарить тебе несколько часов страсти. И поверь, я знаю, как это сделать». Поцелуй повторился, приятной дрожью пробежав по всему моему организму. «Скажи да», – стучало сердце. «Скажи да», – просило желание.

— Я не сплю, – вслух предупредило моё никому ненужное упрямство.

— Жаль, – вздохнуло мужское смирение.

Губы больше меня не касались, руки ушли с моего тела, а в груди повисла тяжесть сожаления. Я слышала, как щёлкнул выключатель настольной лампочки, слышала удаляющиеся тихие шаги. «Он ведь уходит. Его же надо остановить!» – мелькнула среди дремоты тревожная мысль и разбудила меня.

— Соби!

Я приподнялась на локте и, прижав к груди одеяло, повернулась. Парень остановился, обернулся. Я очень хотела его вернуть, вновь почувствовать на себе его руки, поцеловать его губы. Но что-то меня сдерживало от этого порыва, возможно, всё тот же страх стать слишком привязанной к этому мужчине.

— А… Аригато… – неловко проговорила я, плохо скрывая смущение.

Соби мило улыбнулся.

— Доиташи машитэ, – ответил он. – О-ясуми насай!^[59]

Соби ушёл. А я уткнулась в подушку. «Больше никаких массажей! – приказала я себе. – Больше никаких танцев! Больше никаких оголённых частей тела! Больше никакого флирта!»

— Ты помнишь, все эти запреты? – спросила я своё отражение, старательно приглаживая вздыбленную прядь волос. – Конечно, помнишь. Так постарайся их не нарушать! Иначе тебе же будет хуже.

Прядь не слушалась меня, и это мне не нравилось. Тогда я взяла резинку и стала зачёсывать волосы в хвост.

— Соби – обычный бабник, – внушала я себе. – Играет с девушками и бросает их без всякого сожаления. Вот и тебя пытается соблазнить, чтобы просто занести твоё имя в список своих побед. Ты ему нравишься только как очередная жертва, не более.

Я взглянула в зеркало – оттуда на меня смотрела решительно настроенная особа.

— Не поддавайся ему, – наказала я. – Биение сердца, душевное томление, тоска – это всё проделки его чар, он очень опытный. Если поддашься его соблазну, будешь потом опять реветь.

В знак своего бесповоротного решения я даже нарядилась в свой любимый голубой домашний костюмчик с ромашкой на бриджах и милым белым зайчиком на майке. Хватит строить из себя красавицу. Нужно заставить Соби потерять ко мне интерес. Прибрав постель, я покинула спальню.

Соби безмятежно спал. Лежал на спине, одну руку немного откинув в сторону, другую спрятав под натянутое по грудь одеяло. Голова повёрнута на бок, рот чуть приоткрыт, поперёк лица легла чёрная прядь волос. Дыхание тихое и ровное. Я подошла к дивану и остановилась, разглядывая спящего парня.

Такой он милый. Как тут женскому сердечку не растаять? Я присела на край дивана, вгляделась в расслабленные черты азиатского лица. «Прекрати любоваться», – не слишком настойчиво одёрнула я себя. Но тут же сама себе ответила: «А я и не любуюсь. Просто лицо у него интересное, своеобразное, цвет кожи необычный… Волосы мягкие, густые…» Я осторожно убрала прядь с лица, чтоб не портила зрелище, пригладила её пальцем. В мочке уха блеснула маленькая беленькая звёздочка, крохотное напоминание о прошедшем празднике.