Книга Как в японской дораме, страница 163 – Вера Анмут

— Я сейчас… я вернусь…

Резко вскочив, я, едва сдерживая порыв, вышла из комнаты и закрылась в ванной. Было такое чувство, будто меня резко вытолкнули из глубокого сна. Дыхание сбивалось с ритма, тело ныло от желания, и сердце колотилось, словно ненормальное. Да и с разумом я как-то раздружилась. Он настаивал, чтобы я подправила укрепления и продолжала держать оборону, тогда как душа склонялась к тому, чтобы разметать эти руины напрочь и сдаться, вернее даже отдаться на растерзание дракону сердцееду.

Я мучилась, я не знала, какой путь выбрать, я не знала, какой из них принесёт мне больше страданий. Буду ли я жалеть о том, что упустила шанс или о том, что поддалась соблазну? И тогда я решила – положусь на выбор судьбы. Если Соби всё ещё раздет, то дальнейшее действие вечера перейдёт в спальню. Но если же предмет моих мучений сжалился надо мной и оделся, значит, и я крепость свою не покину.

Собравшись с духом, я вышла из ванной комнаты и сделала шаг в неизвестность. Соби сидел у стола и пил вино. Но главное, он был одет: рубашка застёгнута, заправлена в брюки, и даже пояс вновь был перетянут ремнём. По воздуху снова плыла негромкая спокойная музыка. Странно, но увиденное почему-то не принесло мне облегчения. Где-то в глубине души мне хотелось иного исхода. Однако условие поставлено, и его следовало выполнить. Стряхнув с себя ненужные желания, я гордо вздёрнула подбородок и вернулась на своё место за столом. Интересно, что Соби подумал о моём бегстве? Наверное, я опять выдала себя. Да только на бесстрастном лице парня невозможно было что-либо прочитать. Я взяла свой бокал и почти залпом допила то небольшое количество вина, которое в нём оставалось.

— Исполнил ли я твою прихоть, Милена-сама? – поинтересовался Соби.

— Да, вполне, – удостоила я оценкой. – Интересно… с пуговицами оригинально получается…

— Аа сорэ?^[82] – улыбнулся Соби. – В нашей группе парень есть, который увлекается фокусами. Вот он меня и научил.

— А где ты научился подобным танцам?

— В Японии посещал уроки стрип-дэнса.

— Наверное, уроки девушка проводила?

— Скорее молодая женщина.

— И зачем тебе учить такие танцы? Для случая подработки?

— Мурон содэванай^[83], – спокойно ответил Соби. – Я хочу демонстрировать публике своё мастерство, а не тело. Стрип-дэнс хорошо развивает пластичность. К тому же здесь крайне важны эмоции. Этот танец не для того, чтобы просто нравиться или не нравиться. Он не призван передавать какие-либо образы. Танцор должен суметь одними движениями подать определённые чувства и вызвать у зрителя определённые желания и фантазии. При этом всё должно выглядеть красиво и эстетично. Не улыбайся. Это сложнее, чем кажется. Это своего рода искусство.

— И многих подруг ты развлекаешь подобным искусством?

Соби опустил глаза, и неловкая улыбка коснулась его губ.

— Честно говоря, ты первая, – проговорил он.

— Первая? В каком десятке, во втором или третьем?

Улыбка сползла с губ парня, лицо посерьёзнело, а в направленном на меня взгляде читалось недоумение.

— Милена, я не понимаю, почему ты считаешь меня… как это… бабником? – спросил он. – Каким-то озабоченным типом?

— Да потому что ты такой и есть, – даже не задумываясь, ответила я.

— Но… с чего ты так решила?

— Да всё твоё поведение, все твои слова говорят об этом. Стоит тебе увидеть симпатичную девушку, как тут же загораются твои глазки, сразу кокетничать начинаешь.