Книга Как в японской дораме, страница 149 – Вера Анмут

Голос её был переполнен нежностью, ласковые руки пытались залечить раны, а в мою душу холодной ядовитой коброй вползала ревность.

— И зачем ты меня ждала? Я же сказал в тот раз, что свиданий у нас с тобой больше не будет. – Соби хоть и упрекал, но от прикосновений женских рук не уклонялся.

— Я понимаю, Соби, ты мне теперь не доверяешь. – Обнаглев, Анжела запустила пальцы в волосы парня. – Но я же обещала, что отныне мои поцелуи…

— Анжела… – устало выдохнул Соби и к моей радости наконец-таки отстранился от навязчивых ласк и даже отошёл на пару шагов. – Дело не в недоверии. Я просто не хочу быть с тобой.

Эта фраза явно задела чувства Анжелы. Девушка даже обиженно надула губки.

— Не хочешь быть с женщиной, которая тебя любит? – горько усмехнулась она. – А с женщиной, которая выставляет тебя под ливень, ради свидания с богатым папочкой быть интереснее? Не чувствуешь себя униженным?

В моей душе к кобре ревности присоединилась ещё и огромная крыса гнева. «Ну, подружка. Предательница. Если ты настроишь Соби против меня, я же лично вырву все твои вшивые кудряшки!»

— Мои чувства тебя не касаются, – сухо ответил Соби, отвернувшись от собеседницы, да и от объектива камеры тоже.

— Чем Милена привлекла тебя? – не унималась Анжела. – Пренебрежением? Холодностью?

— Сама же говорила – это только видимость.

— Мало ли, что я говорила. Просто хотела стать твоим другом. А ты взял да поверил. Наивный. А хочешь узнать правду? То, что Милена на самом деле думает о тебе?

— Ты это знаешь? – с интересом покосился Соби через плечо.

— Знаю. В субботу, когда ты ушёл наряжаться для танцев, я её открыто спросила, как она к тебе относится. Милена мне честно призналась.

Анжела замолчала и хитро сузила накрашенные глазки. Мерзавка. Что она задумала?

— В чём призналась? – подтолкнул её любопытный Соби.

— Поцелуешь, тогда скажу.

Но Соби лишь усмехнулся. Расслабившись, он прошёл и уселся на диван.

— Торгуешься? Неужели информация настолько ценная? – Парень послал собеседнице взгляд пренебрежения. – В субботу ты намекала, что у меня есть шанс, даже пожелала мне удачи, хотя секрета вашей с Миленой беседы не раскрыла. Значит, тогда ты тоже просто хотела стать другом?

— Возможно.

— Почему же сейчас больше похожа на врага?

Взгляд Анжелы сразу изменился, она, будто испугалась чего, тут же подбежала к Соби и села рядом с ним, очень близко, слишком близко, почти вплотную.

— Разве я могу быть врагом тебе, Соби? Я же люблю тебя! – задыхаясь, запричитала Анжела. – Ты даже не представляешь, насколько сильна моя любовь! Я думала смогу погасить её, смогу смотреть на тебя, как на обычного знакомого, но не получается. Болит у меня здесь, сердце болит! Хотела я помочь тебе, правда, хотела. Да только тяжело мне. Так тяжело, что реветь хочется. Зачем она тебе, Соби? Грубая, жестокая, чёрствая – зачем тебе такая?

Она не играла, не притворялась, я видела это. Анжела отчаянно пыталась завоевать сердце Соби хоть каким-нибудь способом. И я бы, может, ей посочувствовала, пожалела, как женщина женщину, если бы не один факт – это было сердце Соби, мужчины, к которому рвалась моя душа. И потому вместо жалости к Анжеле во мне росло лишь чувство презрения и горькой обиды. Ведь подругой её считала.

А Анжела продолжала натиск любовной нежности. Она подтянула ноги, села на колени и обвила руками шею Соби, лаская её, запуская пальцы под ворот футболки.