Книга И это пройдет…, страница 199 – Вера Чистякова

Недлинная история, в которой, среди прочего, говорится:

— об одной девочке;

— о разных словах;

— об аккордеонисте;

— о разных фанатичных немцах;

— о еврейском драчуне;

— и о множестве краж.

С книжной воришкой я встречался три раза.

У ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГИ

Сначала возникло что-то белое. Слепящей разновидности.

Некоторые из вас наверняка верят во всякую тухлую дребедень: например, что белый — толком и не цвет никакой. Так вот, я пришел, чтобы сказать вам, что белый — это цвет. Без всяких сомнений цвет, и лично мне кажется, что спорить со мной вы не захотите.

* * * ОБНАДЕЖИВАЮЩЕЕ ЗАЯВЛЕНИЕ * * *

Пожалуйста, не волнуйтесь, пусть я вам только что пригрозил.

Все это хвастовство — я не свирепый.

Я не злой.

Я — итог…»^[46]

— Мда, ты, конечно, ничего лучше-то принести не могла, — неожиданно проговорила Мира. Голос ее был глухим и сиплым.

Аня удивленно вскинула брови, она сидела у подруги уже несколько дней, но никакой реакции на ее присутствие Мира не выказывала. Поля говорила, что это ее обычное состояние.

— В свое оправдание могу сказать лишь то, что я не знаю, о чем эта книга. Сейчас на пике популярности эротический БДСМ роман «Пятьдесят оттенков серого», на мой вкус- порнушка для домохозяек, но, если тебе это нравится, могу купить и почитать вслух, — стараясь сохранять спокойствии, проговорила Аня. Сердце ее бешено колотилось. Это была первая фраза, сказанная Мирой за последний месяц.

— Нет, к этому я точно не готова, еще начнет тошнить, тебе убирать придется, — хмыкнула Мирослава, — по ее серому лицу пробежала тень некогда прекрасной открытой улыбки. Сейчас она была больше похожа на судорогу, но всё-таки это эмоция.

— Ну, как хочешь, — отпивая из кружки остывший кофе, ответила Аня.

— Как ты пьешь эту гадость? — спросила Мира, провожая взглядом желтую чашку.

— Вот так и пью, другой то мне никто не нальет, — криво усмехнувшись, ответила Аня.

К ее удивлению, Мира села на кровати и опустила ноги на пол, ее свалявшиеся волосы торчали соломой вороньего гнезда.

— Дай сюда, — недовольно сказала подруга, вставая. Она взяла Анину чашку и ушла в кухню. Было слышно, как зашумела вода, забурлил чайник. В воздухе разлился терпкий аромат.

— Ты идешь? — крикнула Мира из кухни. — У меня слуг нет.

Пораженная, Аня пошла к подруге. На столе стояли жареные тосты с медом и сыром, дымились две большие чашки, Мирослава наливала в одну из них молоко.

— Сигареты есть? — поворачиваясь к Ане, спросила она.

— Я бросила, — опешив, ответила Аня.

— Мне хоть не ври, — равнодушно проговорила Мира, — могу поспорить, что пачку в сумке носишь.

Это была чистая правда, Аня до сих пор таскала во внутреннем кармане заначку. Она вытащила из сумки цветную коробочку и положила на стол.

— Зажигалки у меня нет, — честно призналась Аня.

— Это ничего, — ответила Мира, взяла со стола большую, газовую, для духовки, щелкнула кнопкой. На тоненьком кончике загорелся маленький огонек. Она завороженно смотрела на него, потом подожгла сигарету. — Перестань смотреть на меня как на привидение, — затянувшись, сказала Мира.

— Довольно затруднительно, ведь ты, можно сказать, восстала только что из мертвых, — перестав следить за языком, ответила Аня.

— У меня есть все основания для того, чтобы снова лечь обратно, — заметила Мира.