Книга Этот беспутный лорд Хавергал, страница 55 – Джоан Смит

— Я не совершил ничего дурного, поверьте. А ваш лексикон меня совершенно не волнует, графиня.

Она надулась.

— Что-то совсем новое – Хавергал и добропорядочность! Я и не подозревала, что вы способны обижаться.

— Послушать вас, так я какой-нибудь мот и кутила.

— Просто потому, что, как правило, вы именно так себя и ведете, – засмеялась она. – Ну ладно, не нужно обид и нравоучений. Раньше вы были остроумнее.

Так вот как его теперь воспринимают – как шута, потеху высшего света. Как мартышку, или деревенского простачка, или, еще хуже, циркового карлика. Все дамы, с которыми он перекидывался словечком, выражали изумление его непривычным для них тоном и поведением. Когда же укрепилась за ним эта репутация? Теперь, чтобы искоренить ее, ему придется танцевать с самыми благочестивыми и неинтересными дамами и патронессами клуба. Хуже ничего не придумаешь.

Но он сознавал, что заслужил наказание, даже находил в этом мрачное удовольствие. Пусть видят, что больше он не позволит забавляться собой, как игрушкой, над которой можно потешаться и тыкать пальцем. Как всякий раскаявшийся грешник, он оглядывал присутствующих испытующим взглядом и осуждал тех, кто уходил из клуба раньше времени, очевидно, в поисках более острых ощущений.

— Мы идем в Брукс, Хавергал. Хотите присоединиться? – спросил один из приятелей, мистер Бартон, ведущая фигура среди лондонских кутил.

— Нет, буду до конца.

— Мы за вас извинимся. Надеюсь, ваш отец недолго задержится в городе, – посочувствовал Бартон.

Дураки. Идут просаживать деньги. Он знал, что Бартон в Бруксе уже давно играет в кредит, и чем же он собирается расплачиваться? Разве только продаст поместье.

Рано утром он выехал верхом в парк, а когда вернулся, отец собирался в Палату Лордов.

— Там решается серьезный вопрос? – спросил Хавергал – Ты для этого приехал в Лондон?

Отец сказал:

— Знаю, что ты не ценишь данную нам привилегию присутствовать на заседаниях Палаты, Джекоб, но я надеялся, что ты хотя бы следишь за прессой и интересуешься тем, что происходит в стране. Фабрики и заводы закрываются из-за повышения тарифов на наши товары, сотни тысяч уволенных из армии солдат бродят в поисках работы, огромные военные налоги не дают возможности увеличивать капитал. Думаю, что будут обсуждаться важные проблемы. Например, как уберечь население от голодной смерти. Считаю долгом присутствовать с начала до конца дебатов. Но один из нас, конечно, должен присматривать за домом. Надеюсь, прогулка была приятной.

Лорд Коули надел шляпу и вышел. Хавергал прошел в гостиную и устроился на мягком диване. Отцу трудно угодить. Они с мисс Летти похожи. Она бы набросилась точно так же. К черту! Он же начал исправляться, что еще им нужно?

Отец, очевидно, предполагал, что сын будет убивать прекрасные весенние дни, просиживая на дебатах в Уайтхолле. Или, может быть, он считает, что ему нужно сидеть в поместье и заниматься делами там? Отцу, наверное, уже трудно за всем усмотреть, он стареет. Проклятие! А от него-то какая там польза? В сельском хозяйстве он ничего не смыслит, в политике тоже. Отец говорил о голоде, безработице. Где они? Ничего такого не видно.

На столике лежал открытый журнал, который читал лорд Коули. Хавергал пробежал его глазами. Да, все, как говорил отец. Вот статья о тысячах голодающих бывших солдатах. Вот заметки о народных волнениях в Манчестере, Ливерпуле, Ноттингеме. Скоро докатятся до Лондона. Он представил революцию в Англии, что-то вроде недавнего бунта во Франции. Когда все это началось? Почему его никто не посвятил? Он бросился к двери и приказал подавать экипаж. Отец был приятно удивлен, увидев сына в Палате Лордов за час до начала заседания.