Книга Владек Шейбал, страница 203 – Лейла Элораби Салем

Перед отлетом в аэропорту Владислав обменял билет первого класса на туристический - разница была колоссальная, а купоны, полученные при обмене, позволяли летать в течении трех лет в разные уголки мира. С легким сердцем покинул он остров японского архипелага, лишь находясь на высоте, позволил себе окинуть взглядом зеленую землю под благословенным теплым солнцем, мягкая грусть накрыла его на миг пеленой, когда вспомнились дни, проведенные в общении с другом и незабвенно-волшебные ночи в маленьком домике гейши под сенью персиковых деревьев.

Поначалу Владислав планировал в тот же день вернуться в Лондон, но какая-то тяга к еще незавершенным приключениям заставила его на время отказаться от столь заурядной идеи, дав хотя бы на некоторое время отдых своим телу и душе. Первый пункт начала отпуска стал Гонконг, покоривший Владислава своей удивительной каменной красотой. Через две недели он уже летел в Манилу, дабы воочию насладиться ее золотыми пляжами и колыхающимися на легком ветру пальмами. До черноты загоревший, отдохнувший в тихой азиатской безмятежности - такой интересной и чуждо-непонятной, Влад взял курс на Каир. Когда-то он бывал там и не раз, но никогда туристом, и потому сейчас хотел заполнить ту пустоту от давнего сознания, что ему не удавалось увидеть Пирамиды, прикоснуться рукой в вечности, построенной древними мастерами, уже обратившихся во прах.

Знойное тропическое солнце Азии сменилось жаркими лучами северной Африки. Каир радостно распахнул свои объятия, дыхнул в гостей сухим пустынным ветром, пылью и шумной толпой. Смуглый, невысокий, с большим тонким носом, Владислав не сильно выделялся среди местных египтян, которые воспринимали его если не как своего, то, по крайней мере, как двоюродного брата. Он немного разочаровался, очутившись возле Пирамид и Сфинкса, когда пальцы его коснулись шероховатой поверхности гладких камней. Влад мечтал ощутить в этом древнем сакральном месте нечто интересно-необычное - то, что заставляло захватывать дух и возвышать помыслы по ту сторону реальности, но увы: кругом метались сотни туристов из разных стран, наводнявших воздух разноязычным гомоном, да египтяне, без церемоний предлагающих сувениры и катание на верблюдах.

Вечером в отеле от администратора Влад узнал, что куда интереснее поездка в Луксор, Карнак, где иностранец воочию узрит величественный храм Хатшепсут - этой узурпировавшей власть женщины-фараона, а также древние обелиски и гробницы правителей. При первом порыве ему захотелось тут же приобрести путевку на юг Египта, но, склонив голову к подушке, вдохнув легкую прохладу, отказался от этой идеи - слишком много он путешествует и слишком сильно устает от этого.

Через несколько дней Владислав был уже в Риме - вечном городе. Но больше, чем памятники архитектуры, его тянуло на итальянскую землю потому что здесь он нашел своих родственников - вернее, одного из потомков шотландца Шейбала. Он знал, как двести лет назад три брата, спасая свои жизни, покинули британские острова и устремились по Европе. Дороги братьев разошлись: один отправился в Польшу, другой остановился в Чехии, а третий ушел на юг к теплому Средиземноморью. И вот так много лет назад Владислав отыскал родственника - хозяина небольшой лавочки. Тогда он увидел его и весь замер, на глаза навернулись слезы: итальянец был как две капли воды похож на дядю Адама, таким, каким помнил его Влад в последний раз. Бедный дядя, он так радовался за племянника, а он даже не смог проститься с ним перед смертью. А итальянец, узнав, кем приходится ему странный посетитель, невероятно обрадовался. Позвав жену и детей познакомиться с дальним родственником, хозяин лавки угостил Владислава всевозможными кушаньями, а потом часто звал его в гости, дабы послушать о другой ветви семьи Шейбалов, что родом из Польши. За столь короткое время Антонио Шейбал стал для Влада вторым отцом, перед первым отъездом он одарил племянника подарками и просил передавать привет отцу и матери, и благословение на дальний путь.