Книга Волшебный переполох в Сноусмиде, страница 43 – Алиса Болдырева

— Зачем? — усмехнулся Элиас, постучав пальцем по виску. — Всё уже зафиксировано здесь.

— Этому тебя тоже обучали в Пионтонской академии дознания? — спросила она, мечтая хоть одним глазком взглянуть на эту волшебную академию.

— Именно так. Я изучал науку архивариуса. Идём уже.

Они распрощались с Малкольмом Блэкторном и спустя полчаса стояли у крыльца аккуратного двухэтажного здания из белого кирпича. Ветер покачивал вывеску с изображением цветка календулы и надписью «Финненговы снадобья». На пороге, испещрённом следами на снегу, их ожидал сам хозяин — Аластер Финнеган, добродушный мужчина с живыми глазами, лысеющей макушкой и в запачканном лекарствами переднике.

— Джулиана, господин дознаватель, прошу, проходите!

Он гостеприимно распахнул дверь, пропуская их внутрь.

Воздух в аптеке наплывал слоями. В нём смешались пыльная сладость сушёных цветов, горьковатый аромат кореньев и острый дух спирта, на котором настаивались зелья. Полки, стеллажи и даже часть прилавка были заставлены склянками, банками, пучками засушенных трав, котлами разных размеров и блестящими мензурками.

— Ух ты, — не удержалась Джулиана, — да у вас запасы пополнились! Отец говорил, что в прошлый раз тут было пустовато.

Аластер коротко рассмеялся, но его смех вовсе не был весёлым. Скорее наоборот.

— Губернатор правду сказал. С нашей последней встречи я за ум взялся и ассортимент пополнил. После того как моя Фелиция умерла… руки опустились совсем. Ничего делать не хотелось, хоть закрывай лавку! А ведь аптека — это дело всей её жизни, а я его до какого состояния довёл… Негоже это. Негоже. — Он вздохнул и, словно отряхиваясь от грустных мыслей, спросил: — Но вы ведь здесь по делу?

Элиас кивнул.

— Мистер Финнеган, расскажите о состоянии пострадавших. Это ведь вы осматривали их?

Аластер сразу же стал серьёзен.

— Так и есть, я. Когда Барни привёл ко мне Лео Годдарда, я сразу понял, что дело плохо. Осмотрел его и убедился — в нём не осталось ни капли магии. Ни единой искры. Я сообщил об этом Тильде, явившейся почти сразу после мужа. Бедняжка так переживала за него! — На лице аптекаря появилась искренняя гримаса сожаления, и Джулиана почувствовала к нему прилив симпатии. — Анита Бланшар была в точно таком же состоянии. Совершенно пуста.

— А Бен Янг? Вы ведь видели его в день нападения? — уточнил Элиас, не спуская с аптекаря пристального взгляда.

Джулиана вспыхнула. Неужели он заподозрил мистера Финнегана? Это же возмутительно! Да старый аптекарь и мухи не обидит! Чем он заслужил такой подозрительный взгляд?

— Как же, видел, — не стал отрицать аптекарь. — Он забегал почти перед самым закрытием. Руку повредил в кузнице, пришёл за заживляющей настойкой. Я обработал ему рану, дал снадобья с собой и он ушёл. Вскоре я закрыл лавку и поднялся к себе. Живу-то я прямо над аптекой, Джулиане это известно. А наутро… наутро услышал ужасную весть. Я осмотрел Бена и с ужасом убедился, что его магия тоже исчезла. Прискорбно, очень прискорбно.

— Скажите, а вы не заметили возле аптеки кого-либо подозрительного в тот вечер? — поинтересовался Элиас.

— Знаете, раз уж вы спросили... — мистер Финнеган замялся, словно не решаясь говорить. — Возможно, это и несущественно, но... В тот день я видел рядом с аптекой Эрни Уинтерса. Он вёл себя очень странно. Бродил здесь у аптеки, заглядывал в каждый закуток. Выглядело это крайне подозрительно.