Книга Во власти ледяной стужи, страница 56 – Алиса Болдырева

— Скажи, Максимиллиан, а почему в Северных землях магия под строжайшим запретом? — закусив губу, спросила Амира. Этот вопрос давно не давал ей покоя, но почему-то спросить она решилась только сейчас.

— Тебя так беспокоит эта тема? Ты и капитана Мортона спрашивала, я знаю. С чего вдруг, Амира? — спросил он, внимательно посмотрев на неё.

— Да так, к слову пришлось, — отмахнулась Амира и стала с замиранием сердца ждать, что он ответит.

— Это сложно объяснить. Понимаешь, отец вбил себе в голову, что все кто имеет хоть какое-то отношение к магии — ведьмы. Он утверждает, что они не чтят наших богов, что их души чернее самой тёмной ночи, а сами они прокляты за своё ведовство и будут гореть в самом страшном огне за своё проклятие. Королевские советники его в этом поддерживают. Впрочем, они поддерживают его во всём, — выдал Максимиллиан, усмехнувшись.

— Вот как, — глухо отозвалась Амира. Ей было странно слышать такие слова. Интересно, король Вэйланд хотя бы раз видел, как твориться магия? Знает ли он, откуда она взялась? Догадывается ли, сколько пользы она может принести, если использовать её в благих целях?

— Тебя это расстроило? Почему? — искренне удивился он.

— Нет, тебе показалось, — соврала она.

— Значит, показалось. Но в любом случае, в Вирги почти не осталось магии, не волнуйся. Отец извёл большую часть магов, — ответил Максимиллиан, и Амира вздрогнула, услышав его слова.

«Видимо, вскоре придёт и мой черёд!» — думала Амира.

— А ты? Ты… тоже считаешь как твой отец и королевские советники? — сумела выговорить Амира. В ожидании его ответа она уставилась на запорошенную снегом тропинку.

— Я… я не знаю. Мне тяжело об этом судить. Я ни разу не видел, как творится магия, Амира. Всех тех, кто посмел ей заниматься, сразу казнили. Может, они и правы. Может, без магии нам лучше, — нахмурился Максимиллиан. Он с силой потер пальцами переносицу и громко выдохнул.

«О, как же ты заблуждаешься, Максимиллиан! Как все вы заблуждаетесь!» — подумала она про себя, но вслух этого не произнесла.

Некоторое время они шли молча. Максимиллиан шёл всё ещё нахмурившись. Он явно о чем-то размышлял. Амире всего на мгновение захотелось проникнуть в его сознание и узнать мысли, что тревожили его.

Часы на башне звонко пробили четыре.

— Увы, мне пора, — услышав их бой, произнёс Максимиллиан.

— Да, я знаю, — улыбнувшись, ответила Амира.

Немного покружив в сером небе, Сайг опустился на её руку, и они тем же путём вернулись обратно в замок.

— Видимо, мне снова предстоит ужин в одиночестве, — тяжело вздохнула Амира, заметив на столе одинокий поднос. Служанка, по обыкновению, накрыла на одну персону.

— Я бы мог составить тебе компанию, дорогая принцесса! Но после этого буду вынужден часами выслушивать нотации герцога Байярда о недопустимости такого поведения для наследного принца и будущего короля Северных земель. Это навевает на меня тоску смертную, — ответил он, подходя к Амире. Его тёплая ладонь осторожно коснулась её раскрасневшейся после мороза щеки.

— Да, я знаю, знаю. Может, выпьешь вина со мной? Правда, здесь всего один бокал, но всё моё — твоё. Так, кажется, звучала наша свадебная клятва? — Амира подала ему кубок, и их пальцы соприкоснулись. Всего одно лёгкое прикосновение, а её сердце заколотилось, словно загнанный зверёк.