Книга Пленница Риверсайса, страница 121 – Алиса Болдырева

Ещё там, в зале, он хотел подойти к Тами и прижать её гибкое тело к себе, и плевать ему на и леди Солану, и на всех Танистри разом, и на эту свадьбу. Он не хотел их. Он хотел Тами. Только её одну. Всю полностью. Её душу, её тело. Всю её без остатка, и больше не мог врать самому себе. Она принадлежит ему. Всегда принадлежала. С момента их первой встречи.

— А вы, милорд? — Она распахнула глаза, и теперь смотрела прямо на него, а ему казалось, что она заглядывает ему глубоко в душу. — Вы скучали по мне?

— Ты даже представить себе не можешь, как сильно, — признался Мариус. Он больше не станет скрывать своих чувств. Ни от кого, и от Тами в первую очередь.

— Тогда почему же вы не зашли попрощаться перед отъездом? — в её голосе он услышал укор. Неужели она сердилась на него за это? Боги, хватит ли у него сил довести этот разговор до конца? Хватит ли у него выдержки, чтобы не взять её прямо здесь, у этой стены?

— Каждую минуту, что провел вдали от тебя, — говорил он, не сводя своего потемневшего взгляда с её лица, — я корил себя за это.

В её лазурных глазах застыло удивление, словно она не могла поверить, в те слова, что он только что произнёс.

— Правда? — наконец, спросила она.

— Правда, — подтвердил Мариус, поднимая свою руку. У него больше не было сил сдерживаться, он хотел коснуться её, и эта тяга сделалась непреодолимой. В пекло всё это! Он безумно хотел Тами!

— Ваша рука, милорд! — воскликнула она, перехватив его руку, что уже тянулась к её лицу. Костяшки пальцев он сбил во время боя у Винтропа, и на руке всё ещё виднелись незажившие раны, но сейчас всё это было не важно. Её тёплая ладонь разжигала внутри него беспощадный пожар, а её губы так и манили его.

— Оставь, Тами, — он высвободил свою руку и, притянув Тами ближе к себе, впился голодным поцелуем в её губы.

Она словно только этого и ждала, вцепившись пальчиками в ворот его камзола. Её губы, мягкие и нежные, подались под его натиском, и Тами приоткрыла рот, впуская внутрь его язык.

Страсть захлестнула Мариуса с головой, и он прижал её податливое тело к стене своим телом, срывая с её губ тихий стон нетерпения. Одна рука опустилась на её талию, сжимая тонкий стан, а вторая легла на затылок, зарывшись в мягкие волосы. Дрожь возбуждения волной прокатилась по её телу, и Мариус почувствовал это. Тами хотела его ничуть не меньше, чем он её.

Поцелуй становился глубже и чувственнее, и в голове Мариуса больше не осталось никаких ясных мыслей. Только желание, безудержное и неодолимое. Руки Тами принялись торопливо стягивать с него камзол, и рубаху, и, отстранившись от неё на мгновение, он помог ей, оставшись в одних чёрных бриджах. Её маленькие горячие ладони коснулись его груди, плавно скользнули по плечам, и Мариус тяжело задышал. Его руки отправились путешествовать по телу Тами, но платье невероятно мешало ему ощутить шёлк её кожи. Он резко рванул корсаж, и комнату наполнили звуки рвущейся ткани, а затем послышался удивленный возглас Тами. Платье бесформенной грудой упало на пол, оставив Тами полностью нагой. Её обнажённая грудь с острыми вершинами коснулась его груди, и Тами затрепетала в его руках. Сдавленный стон слетел с её губ, но Мариус тут же заглушил его очередным нетерпеливым поцелуем.

Оторвав Тами от пола, он понёс её в сторону кровати. Он хотел её, и больше не мог сдерживаться. Дикий, необузданный огонь вожделения бурлил в его крови.