Книга Пес войны, страница 42 – Мария Архангельская

— Приму, — Гирхарт безмятежно глянул ему в глаза. Таскир, похоже, собирался сказать что-то ещё, но тут Гирхарта окликнули.

— Генерал, — Исмир, бывший заместитель Гирхарта, а ныне начальник его разведки, подошёл к ним и отдал салют. — Мои люди встретили отряд из двухсот пятнадцати человек. Их предводитель потребовал, чтобы его провели к вам.

— Где он?

— Вот, — Исмир показал на человека, подходившего к ним в сопровождении двоих солдат.

Больше всего этот человек походил на разбойника — крепкий, жилистый, с тёмной, продублённой солнцем и ветром кожей, и к тому же со шрамом на щеке. Видневшиеся на шее и руках следы от ошейника и кандалов не оставляли сомнений в его происхождении, и можно было не сомневаться, что если снять с него залатанную рубашку, под ней найдётся не один рубец от кнута. Рабы с такими рожами недолго остаются непоротыми.

— Это ты, что ли, Гирхарт Пёс? — вопросил он, остановившись перед Дааном.

— Что?

— Ну, шлем с собачьей мордой ты носишь?

— Я, — кивнул Гирхарт. За его спиной послышалось чьё-то хмыканье.

— И армией ты командуешь?

— Большей её частью. А ты хочешь присоединиться?

— Хочу. И мои ребята хотят.

— Энс — ваша работа? — резко вмешался Таскир.

— Нет, — откликнулся собеседник Гирхарта. — Мы за вами, почитай, от самого Вастаса идём, в Энс заворачивать не стали.

— Однако вы не слишком торопились, — заметил Гирхарт.

— Не хотелось приходить к вам с пустыми руками. А пока собирал ребят — подзадержался. Так возьмёшь нас?

Гирхарт несколько мгновений рассматривал добровольца. Несмотря на слегка ошарашившее его обращение «Пёс», малый с разбойничьей рожей начинал ему нравиться.

— Тебя как зовут? — спросил он.

— Дарнилл.

Гирхарт кивнул подтверждению своей догадки. Дарниллом звали великого героя-полубога; свободных людей так не называли, а вот рабам нередко давали имена в честь героев легенд. Значит, Дарнилл — раб, родившийся в рабстве, но, судя по всему, не утративший ни свободной воли, ни чувства собственного достоинства. Случай нечастый, из него может быть толк…

— Наши порядки знаешь?

— Слушать командиров и не своевольничать.

— Верно, но не только. Вот это, — Гирхарт указал на золотой браслет, выглядевший странно и неуместно на смуглом жилистом запястье, — сними. Пойдёт в войсковую казну. У нас не разрешается во время боёв иметь драгоценности. Делёж добычи — после победы над коэнцами. Ты и твои люди получат свою долю, но учти: делим только часть добычи.

Дарнилл поморщился, но браслет послушно снял. Гирхарт кивнул Исмиру, и тот забрал золотую безделушку.

— У тебя двести пятнадцать человек?

— Верно.

— Знамя, значит, — Гирхарт в раздумье побарабанил пальцами по поясу. — Что ж, пусть за тобой и остаются, я даю тебе чин лейтенанта. Подчиняться будешь капитану Харвелу, — он кивнул на стоящего рядом офицера. — Он вас разместит. Посмотрим, как ты будешь справляться. И ещё учти: ко мне здесь обращаются на «вы» и «господин генерал».

Передышка, которую получили повстанцы, ожидая подхода коэнцев, не была потрачена впустую. Таскир и Гирхарт продолжали обучение войск. Народу всё прибывало, совместная численность отрядов перевалила за двенадцать тысяч, и этих вновь прибывших требовалось обучить хотя бы основам воинской премудрости. Правда, теперь это было легче, чем в начале кампании: тогда новобранцев было большинство, и управиться с ними было непросто, теперь же большинство составляли уже освоившие науку подчинения, и вновь прибывшим ничего не оставалось, как следовать их примеру, принимая уже сложившиеся в войсках порядки.