Книга Пес войны, страница 133 – Мария Архангельская

Умывшись и переодевшись, Каниэл сел на стул рядом с маленьким столиком прекрасной работы. Ждать пришлось довольно долго. Вечерело, в палатке стало темно, за пологом шатра прохаживались невидимые часовые. Отвечают за него головой, так сказал маршал… Но ведут себя довольно деликатно — не торчат здесь, не спуская с пленника глаз, не пытаются связать или заковать в цепи. Интересно, зачем он понадобился Гирхарту Псу? Он ведь даже в заложники не годится, его жизнь теперь имеет ценность только для него самого. И что теперь будет с Аратом?

Снаружи окончательно стемнело. Каниэл ничего не ел с самого утра, и желудок уже давно напоминал о себе. Но приходилось терпеть, успокаивая себя мыслью, что его избавили от смерти уж верно не для того, чтобы теперь уморить голодом. Наконец полог откинулся, и появился офицер в сопровождении четырёх солдат.

— Следуйте за нами, — приказал он. Каниэл поднялся, солдаты окружили его, и все вместе вышли в тёплую ночь. До центрального шатра идти было недолго.

Внутри было светло, кроме потолочного светильника, горело ещё несколько свечей на довольно массивном столе. За столом сидел, судя по всему, сам Гирхарт Пёс, рядом стоял сухопарый человек с невыразительным лицом, показывавший маршалу какие-то бумаги. Офицер, привёдший Каниэла, кашлянул. Маршал поднял глаза.

— Господин маршал, пленник по вашему приказу доставлен, — доложил офицер.

— Очень хорошо, — отозвался тот и повернулся к человеку с бумагами: — На сегодня хватит, с остальным разберёмся позже.

Человек поклонился и вышел.

— Вы свободны, — обратился Гирхарт к конвоирам. Командир явно заколебался.

— Господин маршал…

— Можете идти.

Конвоиры отсалютовали и вышли. Некоторое время маршал и его пленник с интересом рассматривали друг друга. Каниэл подумал, что представлял себе командира восставших рабов несколько иным. О росте Гирхарта судить было трудно, пока он сидел, но богатырём он не выглядел, наоборот. Худой и узкоплечий, про таких говорят, что пальцем перешибёшь. Но этот человек сумел повергнуть в прах великую империю, так что внешность в данном случае весьма обманчива. И на раба он не походил, разве что на раба из военнопленных, или, скорее, на заложника из знатного рода. Большеглазый, с тонкими чертами лица и красивыми руками. Возраст… За тридцать, ближе к сорока.

— Садитесь, господин Лавар, — нарушил молчание Гирхарт, кивнув на стул напротив. — Сейчас нам принесут ужин, надеюсь, вы не откажетесь разделить его со мной. А потом мы с вами побеседуем.

За ужином Каниэл украдкой поглядывал на своего сотрапезника. Тот ел с изяществом, какое вполне можно было представить и за императорским столом. Сначала они оба молчали, потом Гирхарт завёл светский разговор о погоде и положении дел в Рамалле. Каниэл отвечал, стараясь не показывать своего удивления. Ни дать ни взять, два приятеля собрались приятно скоротать вечер в те благословенные времена, когда Коэна ещё стояла, и никому и в страшном сне не могло привидеться, что она будет разрушена. Каниэлу невольно вспомнился тот последний раз, когда он обедал со своими друзьями — незадолго до своего отъезда в Западную Рамаллу. А ведь приведи кто-то из них Гирхарта Пса и представь его, как своего знакомого, никому и в голову не пришло бы усомниться, что перед ними коэнский, в крайнем случае — рамальский аристократ.