Книга Переписать сюжет. Книга 1, страница 69 – Мария Архангельская

Конец сомнениям положил хозяин «Сливового сада», встретивший Линьсюаня известием, что на постоялый двор только что привезли прекрасное вино, которое он будет рад подать господину бессмертному. Осознав, что выпить или даже напиться после всего пережитого действительно хочется, мастер Хэн махнул рукой и остался до следующего утра. День был потрачен на то, чтобы как следует отлежаться, вымыться и переодеться, а вечером, чтобы не пить в одиночестве, Линьсюань пригласил хозяина присоединиться. Тот оказался душевным мужиком, они прекрасно провели время, поглощая выпивку и целую кучу притащенных слугой сладостей и закусок и неспешно беседуя о делах провинции, видах на торговлю и урожай. Надо признать, что пирожные из песочного теста, сделанные в виде цветка, с начинкой из местного мармелада, оказались выше всех похвал. Линьсюань даже в какой-то момент почувствовал себя барышней, которая заедает сладким жизненные огорчения и не может остановиться.

О поведении Доу Сюя думать не хотелось. Линьсюань утешал себя мыслью, что у него ещё будет возможность спросить, какая муха того укусила. Может, и к лучшему, что он задержался, шиди успеет остыть. Так что наутро, успешно опохмелившись остатками вчерашнего вина, Линьсюань вылетел обратно. На этот раз он держался ниже и летел медленней, а потому едва-едва успел к ночи. И опять, рассудив, что вваливаться к главе на ночь глядя смысла нет, Линьсюань спокойно лёг спать в своём доме, отложив визит к Чжаньцюну на утро.

* * *

А утро началось с того, что к Линьсюаню прибежал один из учеников Чжаньцюна и передал просьбу как можно скорее прийти к главе. Решив, что стоило всё-таки доложиться сразу, Линьсюань быстро собрался и направился по уже знакомой дорожке. Чего он не ожидал, так это что у главы его встретит целое собрание. Помимо хозяина и хмурого Доу Сюя тут был весь цвет ордена, включая и достаточно редко выбиравшуюся в общество Шэ Ванъюэ.

Снова почувствовав себя студентом на экзамене, Линьсюань поклонился и коротко рассказал о том, что Чжаньцюн и так уже должен был знать от Доу Сюя. Глава кивал, вид у него был совершенно непроницаемым — пожалуй, на судимую за покушение на свекровь селянку он и то смотрел мягче.

— Что ж, хорошо, — сказал он, когда Линьсюань замолчал. — С этим делом мы покончили. Я рад, что всё завершилось благополучно и жителям Лосяна больше ничего не угрожает. А теперь — я собрал сюда всех нас по просьбе шиди Доу. Шиди, мы слушаем — что ты хочешь нам поведать?

— Благодарю главу, — Доу Сюй одним движением поднялся с подушки, заменявшей здесь сиденья. — Я, Сюй, попросил собрать всех, чтобы в присутствии уважаемых членов ордена предъявить обвинение. Этот человек, — его палец упёрся в Линьсюаня, — мой шисюн Хэн во время боя с колодезными призраками попытался предательски убить меня ударом в спину!

— Что?!

Линьсюань уставился на соученика, отвесив челюсть. Мелькнула мысль, что чего-то подобного и следовало ожидать после поспешного бегства Доу Сюя. Тот явно истолковал происшедшее в неблагоприятном для шисюна свете, и Линьсюань готовился к тому, что придётся объясняться и извиняться. Но тяжесть обвинения застала его врасплох.

— Ты сошёл с ума?

— Я сошёл? — Доу Сюй нехорошо прищурился, теперь глядя на Линьсюаня в упор. — У тебя ещё хватает бесстыдства отрицать?