Книга Внутренний дворец, страница 143 – Мария Архангельская

— А это так важно – найти виновного? То есть, конечно, я очень сочувствую сестре Ю, с ней действительно обошлись подло. Но стоит ли раздувать это дело серьёзным расследованием?

— Раздувать? Расследовать – это самое малое, что мы можем сделать. И когда до отца-государя это дело всё же дойдёт, важно будет сказать, что мы разобрались со всем сами и покарали виновного своими силами, не давая ему повода взять дело в свои руки. Я и так уже… А, впрочем, ты и сама знаешь.

— Взять в свои руки? Прошу прощения, но разве его величество интересуют такие… мелочи?

— Мелочи? – Тайрен вскинул брови. – Ничего себе «мелочь». Состязание проходило перед его лицом, и сорвать выступление одной из участниц – это как минимум проявление непочтительности к Сыну Неба. К счастью, это хотя бы произошло не на самом состязании. За такое вообще-то лишают звания благородного человека, а при иных правителях и головы можно было лишиться. Хорошо, что мой отец не таков, однако и быть снисходительным он тоже не склонен. И это не говоря уж о том, что одной из моих наложниц, члену высочайшей семьи, был нанесён реальный ущерб. То есть, самое меньшее, что грозит виновному – это ссылка.

Я подавленно молчала. То, что сначала показалось мне пусть жестокой, но мелкой пакостью, приобретало размеры серьёзного преступления.

— Ты ещё многого не знаешь, – Тайрен поднялся. – Я пока не очень понимаю, кому хотели причинить вред, Ла Ю или тебе. Так что справедливо было отдать расследование кому-нибудь из вас, но ты хотя бы не пытаешься никого обвинить раньше, чем всё выяснится. В твоё беспристрастие я верю больше.

— Ваше высочество слишком добры ко мне.

Принц шевельнул рукой, не то принимая дежурную благодарность, не то отметая её.

— В общем, я жду тебя с докладом, – подытожил он.

А расследовать и правда оказалось просто. Всё делал помощник, носивший странное звание «занимающийся правильностью», мне оставалось лишь сидеть рядом и кивать. Именно он предложил, прежде чем арестовывать подозреваемых, сперва допросить прислугу Хризантемового павильона – вдруг кто-то что-то видел или слышал. При этом уточнил, готова ли я расстаться с некой суммой ради торжества справедливости. Мне было не жалко, я и так особо не представляла, куда девать деньги, тем более что Тайрен недавно расщедрился ещё на один денежный подарок. Помощник же и вёл допрос, вызывая комнатных девушек и служащих евнухов по одному и каждому достаточно прозрачно намекая, что откровенность может быть вознаграждена не только сознанием исполненного долга. Тактика дала плоды – на допросе все держались стойко, категорически всё отрицая, но тем же вечером одна из служанок прокралась в мою комнату и поведала занимательнейшую историю. Оказывается, она слышала ссору, происшедшую между Кольхог и Ла Ю почти сразу после того, как последняя поранилась.

— Госпожа Ю кричала, что они так не договаривались, и что если из-за госпожи Кольхог она не сможет больше играть, то всё расскажет его высочеству. А госпожа Кольхог отвечала, чтоб та не была дурой, потому что тогда они потонут обе. А если госпожа Ю откажется продолжать, тогда все узнают, сколько денег ей стоила победа на прошлогоднем состязании. Вот так вот!

Я постучала пальцем по губе. Значит, Ла Ю всё-таки в деле. Ну и Кольхог – этого следовало ожидать…