Книга Медь в драгоценной шкатулке, страница 6 – Мария Архангельская

— Простите, что вмешиваюсь, — подала голос я, — но можно спросить, что здесь всё-таки причина, а что следствие? Дурные нравы портят музыку, или наоборот?

Мужчины посмотрели на меня. Во взгляде учёного и чиновника читалось то же выражение, которое я в былые времена видела и у Тайрена — надо же, женщина заговорила! Ясно ведь, что если она тут и присутствует, то только для мебели. А вот сам Тайрен теперь, напротив, заулыбался и даже подмигнул мне.

— Одно связано с другим, госпожа, — степенно сказал Цзию после паузы, убедившись, видимо, что принц наглую наложницу осаживать не собирается. — Когда на человека воздействуют фальшивые звуки, на них отзываются мятежные чувства. А по мере того, как непокорность формируется, наступает разгул непристойной музыки. Когда же на человека воздействуют правильные звуки, на них откликается чувство послушания, а после того, как сформируется покорность, наступает подъём гармоничной музыки. Согласное пение находит отклик в сердцах, а искажённые напевы искривляют прямое. Законы всего сущего взаимодействуют друг с другом.

Я покивала с улыбкой. Ну да, ну да, музыка во всём виновата. А не подъём цен и не фальшивомонетчики. И уж тем более, конечно, не любимое правительство. Хотя… Если вспомнить, что не так уж и давно творилось в моём собственном мире, в моей собственной стране… «Сегодня он слушает джаз, а завтра Родину продаст» — не знаю, действительно ли бытовала такая присказка, или это чья-то ирония, но мысль отражает. Так далеко ли мы ушли от этого философа и ему подобных?

Между тем господин Цзию повернулся к принцу.

— Должно быть, госпожа утомлена после дальней дороги, — сказал он. — Почему бы вашему высочеству не отпустить её отдохнуть, пока мы продолжим нашу беседу?

— Ну зачем же? — в глазах Тайрена плясали маленькие чёртики. — Зачем же лишать госпожу удовольствия послушать столь учёного человека? Ей ведь наверняка любопытно. Соньши, ты, наверное, хочешь спросить у господина что-нибудь ещё?

— Разумеется. Вот, например: что вы имели в виду, когда сказали, что законы всего сущего взаимодействуют друг с другом? А до этого упоминали о взаимоотношениях мер и чисел? Какую роль во всём этом играет музыка?

Учёный муж вздохнул. Не то поражаясь моему невежеству, не то огорчаясь, что придётся тратить время на объяснение женщине. Или и то, и другое разом.

— Вам, должно быть, известно, госпожа, что вся музыка основывается на гамме из пяти тонов и двенадцатиступенном хроматическом ряде?

Я кивнула. Конечно, наставница Тэн заставила меня выучить все тона, когда пыталась привить мне искусство игры на пипе.

— Гамма состоит из тонов гун, шан, цзюэ, чжи и юй. Ряд — из ин, хуан, да, тай, цзя, гу, чжун, жуй, линь, и, нань и у.

Совершенно верно. Нота «гун» символизирует правителя, нота «шан» — чиновников, нота «цзюэ» — народ, нота «чжи» — дела государства, нота «юй» — внешний мир. Если тон «гун» расстроен, то звуки беспорядочны, а, значит, правитель высокомерен. Если расстроен тон «шан», то звуки грубы, а чиновники испорчены. Если расстроен тон «цзюэ», то звуки тревожны, а народ недоволен. Если расстроен тон «чжи», то звуки печальны, и, значит, народ изнурён трудами. Если тон «юй» расстроен, то звуки отрывисты, а богатства государства оскудели.