Книга Огненный волк, страница 235 – Елизавета Дворецкая

— Раз волчьи морды теперь мыто собирают, стало быть, на волоке постоянно людей держат, – рассуждал Тополь. – У них и спросим, где их князя искать.

— Нашего князя! – поправлял Утреч.

— Если сразу не убьют! – ворчал Кречет, склонный все видеть в мрачном свете. Но Тополь и Утреч отмахивались от его предсказаний.

Осень уже изгоняла с лугов и лесов последние проблески зелени, по ночам становилось очень холодно. Но отроки ехали весь светлый день, не выбирая себе жилья для ночлега, и останавливались там, где их застигнет темнота, по очереди сторожили у костра, а с зарей трогались дальше, охотились по дороге. По обоим берегам Волоты тянулись безлюдные леса, но по берегам нередко встречались маленькие охотничьи избушки, черные пятна старых кострищ, оставшиеся от купеческих караванов. Этот путь был короче, и многие смелые купеческие дружины предпочитали его безопасному, но более длинному пути через Ветляну, Истир и Белезень.

Никто из троих отроков раньше здесь не бывал, но место прежнего города Меженя они узнали сразу. На треугольном мысу над ручьем стоял новенький срубный городок, сверкающий свежеошкуренными бревнами. Над рекой далеко разлетался запах свежей сосновой смолы. При виде его отрокам захотелось протереть глаза: не Межень же воскрес из древней трухи? Новенький городок напоминал цыпленка, только что вылупившегося из яйца, – даже рыжие полоски стесанной коры, словно скорлупа, еще усеивали берег и шуршали под копытами коней.

— Того гляди, сам Явиправ навстречу выйдет! – ошалело пробормотал Утреч. – Вы как знаете, а я мертвецов до смерти боюсь!

— Не дрожи, не будет тебе Явиправа! – с издевкой ответил Кречет. – Лучше смотри – тут не Явиправ, а Метса-Пала хозяин.

Тополь протяжно присвистнул, разглядывая ворота городка, обращенные прямо к ним. Над сторожевой башенкой была укреплена огромная волчья морда – в сажень шириной. Ее покрывали настоящие волчьи шкуры, а глаза были выкрашены красной охрой. При виде ее всем троим сначала стало жутко, а потом они, напротив, повеселели. Ведь красноглазого волка они и ищут.

Из башни их заметили. На забороле раздались торопливые шаги, зазвучали невнятные выкрики. Гостей было всего трое, но они выглядели грозно: рослые, сильные, в волчьих накидках, с длинными волосами, связанными в хвост, обвешанные блестящим оружием. Русоволосый Тополь ехал впереди, а по бокам его румяный Утреч с вьющимися, как у девушки, золотистыми кудряшками и Кречет с нахмуренными черными бровями, смуглый и черноглазый – точь-в‑точь три небесных брата День, Утро и Вечер.

— Эй, кто хозяева? – крикнул Тополь, подъехав к воротам. – Отворяй!

— Вам что надо? – ломаным говорлинским языком крикнули сверху.

В проеме сторожевой башенки показался личивин с неизменной волчьей мордой на лице. Снизу можно было разглядеть его широкий рот со слабым подбородком, которого почти не прикрывала реденькая бороденка.

— Ваш князь надо, – уверенно ответил Тополь, невольно подстраиваясь под их исковерканный язык – а то еще не поймут. – Серебряный Волк, Метса-Пала!

На забороле послышался изумленный гул – такого личивины не ожидали.

— Зачем? – снова крикнул старший. – Он здесь нет. Он далеко.

— Покажи к нему дорогу! – потребовал Тополь. – Мы – его названые братья, мы едем, чтобы идти с ним в битву!