Онлайн книга «Утренний Всадник»
|
— Точно так! – подтвердил Кремень, еще не сообразив, к каким последствиям приведут все эти рассуждения. — Он прямо возле нее пройдет… – размышлял вслух Велемог. – И если… Кремень выжидательно смотрел на князя, а тот замолчал, ловя обрывки мыслей. Если Дарована не дома, а в святилище на чужой земле, то охраняет ее не целое войско – так, десятка три-четыре. Если она исчезнет оттуда… На кого подумает Скородум? На Держимира, больше не на кого. А потом, если она будет здесь… А Жизнеслава до тех пор умрет… Даже если и нет, то Светловой под рукой… Главное – чтобы Дарована оказалась здесь, в Славене, а дальше пойдет легче… Но Держимир! Он сам где-то поблизости со всей дружиной полюдья! — Едва ли у него очень много войска! – подал голос Кремень, так точно угадав мысли своего князя, что Велемог перевел на него изумленный взгляд. – Сотни две, ну три. Неужели мы больше не соберем? А если напасть на него на Краене, от Прямичева вдали, то разобьем, как горшок глиняный. И становища его краенские – хороший кусок. Сколько там ему зерна, мехов приготовлено! Все наше будет! — Отец Небесного Огня! – воодушевленно повторил Велемог и снова стал ходить по горнице. Но теперь это было радостное возбуждение, его слепили великолепные замыслы, обещающие прибавление славы и богатства, победу над самым злым врагом! — Вот я с ним за город сожженный посчитаюсь! – бормотал князь на ходу, потряхивая в воздухе сжатым кулаком. – Два зайца одной шапкой! В самом деле, едва ли ему когда-нибудь случалось задумать другой, столь же многообещающий поход. Одним ударом разбить ненавистного Держимира Прямичевского и получить Даровану! Об этом можно кощуну складывать! После таких дел даже злейший враг скажет, что князя лучше Велемога Творимирича еще не знал славенский стол. * * * Назавтра в полдень над Славеном понеслись гулкие удары вечевого била. Два младших жреца из Сварожьего святилища колотили по очереди молотами в подвешенный на вечевой степени железный блин, шириной в три локтя, с выбитым знаком Небесного Огня. На звон била со всех сторон собирались жители Славена, купцы и ремесленники, отроки и бояре, даже смерды из ближних и дальних огнищ, оказавшиеся сегодня в стольном городе. Широкая вечевая площадь, по пятницам служившая местом больших торгов, быстро заполнялась народом. Городских старейшин пропускали вперед, и они устраивались на ступеньках вечевой степени. — В чем дело-то, отцы? – кричали им из толпы посадские жители. Но старейшины только разводили ладонями: о причине нежданного веча они знали не больше, чем последний холоп. — Князь собирает! – отвечали старейшины, показывая навершиями посохов на ворота детинца. И опасливо добавляли: – Не дай Свароже, война… Князь приехал в сопровождении воеводы Кременя, что подтверждало опасения стариков. И плащ на нем был красный, что скорее указывало на войну, чем на мир. Народ затих, лишь легкий тревожный гул разносился по огромной площади. Оставив коня внизу, князь поднялся на вечевую степень и поднял руку. Передние ряды толпы совсем затихли, только задние покачивались, надеясь протолкаться поближе. — Тяжкая обида нанесена нам, речевины! – начал князь. Его голос был полон праведного гнева, глаза сверкали, золотая гривна на груди и серебро на поясе и рукояти меча слепили глаза толпе. – Все знают, что волей Матери Макоши сын мой Светловой обручен с дочерью князя смолятичского, Скородума. Чтобы просить благословения у покровительницы своей, Великой Матери, княжна отправилась в святилище Макоши на реке Пряже. И там захватил ее дрёмический князь Держимир, волк в обличье человека, забывший заветы предков и богов. Скажите мне, добрые люди, потомки Сварога: можем ли мы оставить невесту моего сына в руках Держимира Прямичевского? Или боги и предки велят нам поднять оружие за ее свободу и нашу честь? |