Книга Милая Элинор, страница 45 – Ксения Чапин

Где носит Эдварда? Вот какой вопрос крутился в голове молодого мужчины. Его мышцы сдавливало от напряжения.

Элинор не должна была разбираться во всем этом. Окунаться с головой в грехи других людей. Пусть это и будут грехи ее собственного брата.

Артур был зол на друга, на тетушку Шарлотту, что втянула Элинор в свой благотворительный кружок. И Артур был очень зол на самого себя. Первый день в огромном городе, и как провела его Элинор?

Это была его вина. Он затеял эту авантюру, затянул Элинор в Лондон, и к чему это привело? Сколько слез еще прольет его маленькая девочка, пока он будет пытаться балансировать между чувствами к ней и службой, которая должна обеспечить их совместное будущее?

Артур переступил порог библиотеки, полный решимости расправиться со всеми проблемами и оградить от них Элинор.

Высокая, стройная и румяная. Тугой пучок тяжелых, каштановых волос распустился, и лишь его скромное подобие болталось между лопаток девушки.

Элинор металась из угла в угол.

Грудь высоко вздымалась над туго затянутым корсетом, правую руку Элин держала на диафрагме, будто хотела таким образом помочь себе глубже дышать. Верхние пуговицы воротничка были расстегнуты и идеальные, молочно белые полушария притягивали взгляд, но Артур всматривался в лицо девушки.

Красные пятна на щеках, бледные, с синим оттенком губы. Этот безумный день оставил на лице Элинор неизгладимый отпечаток.

Куда делся блеск из ее глаз?

— Как она? — Элинор остановилась и зацепилась глазами за Артура.

— С Анной и ребенком все будет хорошо. — По щекам Элин потекли слезы. Она жадно глотала воздух и пыталась стереть влагу с лица и шеи, но ничего не выходило.

Артур в два шага преодолел разделяющее их расстояние и, невзирая на протесты Элин, прижал ее к себе, поддерживая, баюкая, успокаивая, шепча ей на ушко:

— Ты мне веришь?

Элинор верила Артуру, как никому другому, но ужасы сегодняшнего дня не давали ей расслабиться в его руках, не позволяли принять то тепло и заботу, что они дарили.

Элинор попыталась высвободиться из объятий, но силы, поддерживающие ее на протяжении многих часов, разом покинули ее, вместо слов из горла вырвалось сдавленное сипение.

Артур нахмурил брови и опустил руки на талию девушки.

— Господи, ты хочешь убить себя? Тебе нечем дышать! Глупая дурочка! — он с силой развернул Элинор спиной к себе и нащупал потайную шнуровку корсета.

— Не трогай меня Артур! — Элин рванула вперед, но мужчина удержал ее, потянув на себя шнурки.

— Постой смирно! — Элинор ожидала чего угодно, но только не такого грубого и бескомпромиссного командного голоса. В любом случае, она не собиралась повторять судьбу Анны. И пусть, бороться уже нет сил, держаться подальше она сможет?

Артур поморщился от тупой боли, когда в его ноги вонзился каблук женской туфельки, но расшнуровывать тугой корсет не прекратил.

— Ты задохнешься, дурочка! И в моем доме станет еще на одну жертву больше! Только первая — жертва несчастья, а вторая — глупости!

— Вы все одинаковые! Все без исключения! Если даже Эдвард не смог держать себя в руках, то что же говорить о тебе? — покончив с освобождением Элин от тугой шнуровки, Артур развернул ее лицом к себе.

Волевая, воинственная, упертая, такая знакомая до мелочей, но не перестающая его удивлять. Эта девушка не побоялась в одиночку броситься на помощь подруге, не оставила ее в беде, пусть и осознавала, что не сможет противостоять целому сборищу мужчин.