Книга Милая Элинор, страница 127 – Ксения Чапин

Как же любила Элли такие моменты. Именно из них и был соткан их маленький, уютный, домашний мирок.

Она быстро преодолела разделяющее их расстояние и, по матерински нежно и умело, взяла на руки крошечного Ланса Идена, целуя в темную ароматную макушку.

Тем временем, Джейме уже забрался на Артура сверху, мечи были позабыты, и его подбрасывали вверх.

Ребенок радостно повизгивал и заливался громким смехом.

— Я люблю вас! — Пропела Элинор, и тихонько пошла в сторону озера. Там, возле плакучей ивы, скрываясь за густым занавесом из ветвей, лежали одеяла и разноцветные подушки.

Это было место, любимое не только Элинор и Артуром, но теперь и их сыном!

Для супругов это было место их первого поцелуя, для Джейме — настоящая крепость и убежище от драконов!

Элли присела на уютную лежанку, облокотилась на подушки спиной.

Ланс поморщился, заерзал в ее руках, поворачивая личико вбок, и начал водить по халату Элинор носом, приоткрывая ротик.

— Самый голодный мой маленький мужчина… — тихо улыбнулась молодая женщина, и, отодвинув ворот сорочки и халата в сторону, дала младенцу грудь. Тот несколько раз фыркнул, справился с нелегкой задачей, и принялся сосать, шумно глотая теплое материнское молоко.

Зашелестела листва.

— Мой самый храбрый мальчик! Самый голодный мужчина… — раньше это было все обо мне… — сзади к Элинор присел Артур, и, заменяя подушки, прижал жену спиной к себе. Он был таким же шутником, как и прежде! — А теперь у нас полон дом других претендентов на твое сердце. Впору начинать ревновать! — Загорелая крепкая мужская рука провела по щечке младшего сына, усердно трудящегося, чтобы наесться. Уголок маленького ротика искривился, и ребенок недовольно заерзал.

— Не мешай ему… — Притворно сурово шикнула на мужа молодая мать.

Артур обнял их двоих сразу, и поцеловал Элли в щеку, когда она откинула голову на его плечо.

— С добрым утром, любовь моя. — Прошептал он, зарываясь носом в пышные каштановые кудри, и вдохнул запах желанной женщины, приправленный ароматом булочек с корицей и печенья с молоком.

— С добрым утром, моя любовь. — Ответила Элинор.

Малыш Джейме уплетал вкусные булочки, и бродил вокруг, каждые несколько минут проверяя, на месте ли мама, папа и маленький братец. А его родители наслаждались еще одним днем, который они проведут вместе.

Вдалеке замаячил накрахмаленный передник няни. Пожилая женщина металась из стороны в сторону и пыталась высмотреть своего главного, почти трехлетнего воспитанника.

— Миссис Хиггинс опять проспала?

— Я забрал Ланса и Джейме из детской, когда последний рисовал сажей на юбке нашей няни восточные узоры…

— А Ланс?

— Его я просто забрал. Должно быть безумно обидно спать, когда отец и старший брат играют в саду в рыцарей Камелота?

Элли поудобнее устроилась на груди самого заботливого мужчины на свете, и мечтательно улыбнулась.

— Ты чудесный, знаешь?

— Ооо да! Тебе несказанно повезло со мной! Не поверю, если мне скажут, что Нортингер встает ни свет ни заря, что бы заглянуть в колыбель!

Она нащупала грубые шрамы на месте, где отсутствовали два пальца Артура, поднесла его ладонь к губам, и с нежностью поцеловала.

— Думаю, у колыбели день и ночь сидит Сара, и не оставляет младенца ни на мгновение…. — Молодой женщине не хотелось думать про Генри Нортингера, горький осадок все еще был на дне её души, когда она вспоминала обо всем, что сделал этот человек, но нельзя было отрицать и факта, как сильно герцог изменился за эти годы, как самые теплые и хорошие черты его души распустились под действием маленькой золотоволосой Сары Лефортен.