Онлайн книга «Ведьмины камни»
|
Снова раздался гул голосов, отчасти одобрительный, отчасти изумленный. Хельга едва верила ушам: Логи, сдержанный, благоразумный и вежливый, готов был вызвать на бой собственного брата-конунга, хотя не мог не понимать дикости такого вызова, не говоря уж о том, что намного уступал Ингвару и силой, и опытом. — Сыновья Олава, опомнитесь! – Между ними встал Хакон сын Эйлава, ладожский ярл. – Не годится драться между собой сыновьям одного отца и одной матери, да еще и на пороге материнского дома! Не лучше ли нам сейчас вернуться в Хольмгард и обратиться к мудрости госпожи Сванхейд за советом? — Да и девушку надо поскорее в тепло вернуть, а то она у вас замерзнет насмерть и никому не достанется! – сказал Финни Крылатый. Еще какой-то человек, подойдя, закутал Хельгу в огромную и пушистую шкуру, и ей сразу стало тепло. — Да, стоит отвезти девушку к госпоже Сванхейд, – поддержал Воислав псковский. – Пусть женщины ее успокоят. — Конунг, неужели ты позволишь этим людям отнять у меня… – начал Эскиль и осекся: назвав Хельгу добычей, он признался бы в похищении. – Мою невесту! — Она не твоя невеста! – в негодовании крикнул Логи. – Никто ее с тобой не обручал! — Если надо, меня обручит с ней мой острый меч! — У волков не бывает невест, и я уж лучше увижу мою сестру мертвой, чем твоей женой! – яростно возразил ему Хедин. – Ты ответишь передо мной за похищение, саатана[20]! С мужчиной ты не боишься иметь дело, паскепяя[21]? — Попробуй, отними! – Эскиль улыбнулся, как будто ему предстояло нечто радостное. — Пока я жив, никто к ней не подойдет! – Логи встал перед санями, загораживая Хельгу. — Ингвар конунг, подумай, что ты скажешь твоей матери, если у ее порога твой человек убьет ее младшего сына! – крикнул кто-то и толпы. — Ингвар, ну что ты смотришь! – Тородд тоже обнаружился здесь. – Мать приказала, чтобы никакого кровопролития. Послала меня вас удержать. И уж точно я не дам моим двум родным братьям подраться между собой! Сначала вам придется объединиться, чтобы убить меня! Мы уже не на войне! Уйми твоих людей, и пусть мать вас всех рассудит. — Прекратите! – Ингвар вышел вперед и встал между Логи и Эскилем. Он был явно недоволен и действовал как будто через силу, но не мог противостоять обоим своим братьям сразу. – Полаялись, хватит. Возвращаемся в Хольмгард. Завтра решим, кто с кем будет биться. — Он мне ответит за оскорбление рода, ваи саатана! — Я моей добычи никому не уступлю! — Что с бою взято, то свято! — Ингвар, твои люди думают, они до сих пор среди греков и могут брать все, что понравится! Если ты привел в дом твоей матери стаю волков, держи их в повиновении! — Поехали назад, я сказал! — Хедин, вот твоя шапка, возьми! — До поединка девушка останется у нас! — Ваи саатана, хрен тебе моржовый, а не девушка! Попробуй тронь, пургален[22]! — До поединка девушка останется у матери! – рявкнул Ингвар. – У нашей. Завтра боги нас рассудят. — Я полагаюсь на твое слово, конунг. Со стороны казалось, что Хедин успокоился. Но Хельга понимала: такого Хедина, застывшего в непримиримости и жажде возмездия, она видит впервые за все шестнадцать лет своей жизни. * * * — Как ты узнал? Тебе служанки сказали? У Хельги так стучали зубы, что было трудно говорить. Ей предлагали ехать обратно в тех же санях, но она отказалась: она так окоченела, что надеялась размяться и согреться на ходу, а к тому же не хотела отходить от Хедина ни на шаг. И теперь они шли в толпе, Хельга куталась в мягкую, теплую, пушистую шкуру, но дрожь не отпускала. Больше всего Хельга боялась, что брат поверит, будто она добровольно решилась на это бегство. Если он спросит, она, конечно, скажет нет. Доказывать, что она не совершала предательства, а лишь поддалась на уловку – а такой податливой ее сделала слабость и смятение потревоженного сердца, – будет унизительно. |