Книга Песня для разбитого сердца, страница 62 – Елена Барлоу

И она уехала, оставив мачеху на попечение отца, парочки знакомых врачей да целой толпы служанок.

Пока Кейли приходила в себя после столь сильного «удара» — встречи с бывшей любовницей мужа, сам Александр более не предпринимал попыток объясниться и тем более извиниться. Однако несколько раз, во время коротких совместных трапез, девушка замечала его пристальный виноватый взгляд, сосредоточенный на ней, но не более.

Единственный из братьев, кто действительно наслаждался последними осенними днями, был Джордж, который с шиком проводил время в Лондоне. С помощью обаяния и некоторых связей ему удалось сблизиться с младшей дочерью Георга III, Софией Великобританской. Сорокалетняя незамужняя принцесса коротала дни в Кенсингтонском дворце, где самым лучшим лекарством от тоски стал молодой и смелый любовник. София была милой очаровательной женщиной, совершенно приземлённой и открытой, её не смущала разница в возрасте и тайные отношения с Джорджем, ведь их обоих это устраивало. Он знал, что принцесса нашла в нём спасение от давящей власти семьи. Семьи, в ней разочаровавшейся, ведь она так и не вышла замуж. София же в свою очередь понимала, что влюбленность молодого мужчины не продлится долго, но для её истерзанного сердца этого было достаточно.

Таким образом парой писем Джордж дал понять брату, что задержится в Лондоне, возможно, даже до нового года, а то и дольше. И, разумеется, Фаунтинс-холл не станет слишком без него скучать.

В тот вечер, примерно неделю спустя, Кейли вместе с миссис Миллз, кухаркой и её племянницей Труди из деревни колдовали на кухне. Как хозяйка Кейли, разумеется, могла контролировать работу на такой большой кухне, но не была обязана участвовать в самом процессе. Ей стало интересно, как у миссис Даунс получаются такие пышные оладьи, а также невероятно вкусные овощи в соусе, которые ещё будучи маленькой виконтесса не особо любила.

Экономка с интересом наблюдала, как молодая хозяйка крутилась вокруг поварихи, задавала ей вопросы, потом что-то записывала в журнал поблизости, затем вовсе принялась замешивать смесь для оладий. Миссис Миллз привыкла к тому, что никто из хозяев не возится с прислугой, болтает с ней о жизни и уж тем более готовит на кухне, как с равными. Наверное, так уж её воспитали, эту юную особу, улыбающуюся, с вечно расплетённой косой через плечо, такую лёгкую и в то же время умелую.

Время, когда миссис Миллз считала Кейли наглой и странной, уже прошло. Отныне ей было неясно лишь, почему хозяин так с нею холоден. Любой здоровый мужчина дал бы руку на отсечение за такую резвую красотку…

— Миссис Миллз! А это что? Тут нет подписи! — Кейли вдруг сунула ей под нос флакон с эссенцией, чем отвлекла от размышлений.

— Это аромат горького ореха для выпечки, м’леди.

— Ох, и правда! Божественный запах! А можно добавить его в чай?

— Вам мало травяного чая с апельсином и розой? — устало вздохнула женщина.

— Но ведь для разнообразия!

Энергия в ней била ключом, и это после целого дня на ногах. Миссис Миллз улыбнулась. Что и говорить, молодая и любопытная, эта девушка могла быть такой неугомонной, если уж на то пошло.

Они собирались наделать целую кучу оладий, а маленькая Труди отнесла бы лишние порции домой, по крайней мере так планировала Кейли, однако всеобщий галдёж и веселье были прерваны шаркающими шагами в коридоре. Тяжёлая деревянная дверь отворилась и в кухню вошёл Александр.