Книга Чудесные механизмы, страница 27 – Цинхань Цэцэ

От рябившего сияния в глазах юноши потемнело. Он стреножил коня под деревом, а сам, скрываясь в густых зарослях плакучей ивы, украшавшей переулок, беззвучно двинулся в сторону девушек. До него донеслись голоса:

— А-Нань, возьми семечек – только-только пожарили.

— И правда, от них еще пар идет! – Голос А-Нань слегка поскрипывал, резко отличаясь от нежных голосков прочих девушек, его легко можно было распознать.

В руках у А-Нань была связка семенных коробочек лотоса, со смехом она кинула девушкам парочку, а потом взяла пригоршню жареных семечек и принялась грызть.

— Вкуснотища! – довольно кивнула она. – Поди, мамаша Лю делала? Обжарено в самый раз, я готова хоть два цзиня съесть!

Чжу Юйхэн, прячась за ветвями плакучей ивы, смерил А-Нань холодным оценивающим взглядом.

Стоит признать, черты лица у нее четкие, а внешность яркая. Вот только сейчас воспевается другой идеал женской красоты – хрупкая девушка с кожей белой, точно снег, и внешностью нежной, точно лепестки цветка. А она что? Большие подвижные глаза кажутся несколько дерзкими; в очертаниях прямого носа с высокой переносицей нет ни намека на мягкость, густые и черные, как крылья ласточки, брови отличаются от бровей прочих девушек – они предпочитают тонкие и изящные формы; кожа далека от белоснежности, ее цвет напоминает скорее мед или расплавленный сахар. На фоне очаровательных и нежных куртизанок хутуна Яньчжи А-Нань выделялась особенно резко.

— Два цзиня? Ах, А-Нань, держи себя в руках! – со смехом сказала девица в красном платье, очищая лотосовую коробочку от кожицы. – Взгляни на себя – рослая, так еще и ни за что не соглашаешься принаряживаться. Еще и походка у тебя такая грозная и тяжелая, мы ж тебя тогда за мужчину из-за этого приняли, понапрасну обворожить пытались!

— А чего в моей походке грозного и тяжелого? Да и разве такое описание подходит молодой девушке? – А-Нань уселась на придорожный камень и принялась болтать ногами, вид у нее был совершенно беспечный.

— Все я верно сказала. Для начала тебе стоит забинтовать ноги, все-таки для красивой походки нужно двигаться медленно, слегка покачиваясь, – с поучающим тоном ответила девица в красном. – А то кто же тебя такую замуж-то возьмет?

— Я приехала с юга, из земель племен маньи, мы не бинтуем ноги, – с усмешкой ответила А-Нань, как ни в чем не бывало продолжив болтать ногами. – К тому же у меня уже есть любимый человек. Пусть только попробует не жениться на мне!

— Врешь же! Целыми днями слоняешься в одиночку, ни разу тебя ни с кем не видели, – самодовольно захихикали девушки, беспощадно разоблачая ее шутливый вымысел. – Да и вообще смотришь ты неправильно! Завидев красивого мужчину благородного облика нужно закидать его взглядами, нельзя отводить глаза. Тут надо быть даже посмелее нас!

— Я обычно засматриваюсь на красивые цветы и растения, если увижу их на улице. Покупала сейчас лотосовые коробочки, так мне самые красивенькие и чистенькие подавай! Но вот что странно – только завижу симпатичного человека, как не могу смотреть больше ни мгновения! – смеясь, ответила А-Нань.

— Ай-ай-ай, вот это у тебя язык подвешен! – дружно расхохотались девушки.

Одна из них, словно вспомнив что-то, произнесла:

— Раз уж мы заговорили о симпатичных мужчинах – ну какой же красавец только проскакал мимо! Мы его все вместе звали, а он даже не взглянул на нас – вот наглость!