Книга Бракованная невеста. Академия драконов, страница 116 – Анастасия Милославская

Сердце словно кто-то пронзил тонкой иглой и теперь ворочал там, причиняя всё больше, обжигающей грудь, боли.

— Но что это за магия? — ошеломленно спросила я.

— Не только магия. Ещё наука, Эви.

— Мой дед… — прошептала я, связывая наконец ниточки. — Он был учёным.

— Он был одним из тех, кто знал секрет. И более того, он пытался его усовершенствовать.

— Хочешь сказать, он работал на императора и пытался сделать жизнь вырожденцев ещё хуже? Куда уж хуже?

— Не совсем. Это долгая история. Скорее он пытался исправить тот факт, что уже и среди драконов появляются те, кого отравил этот яд. Постепенно он проникает и на наши территории. Твой дед должен был это остановить.

— Вы тоже становитесь вырожденцами? — я против воли хмыкнула. Конечно, драконы защищали свою шкуру.

— Дозы слишком маленькие, но отчасти да. Стали рождаться драконы с низком магическим резервом. Это первые звоночки.

Значит, эта мерзость начала выходить из-под контроля.

— Как Альфред? Он родился с низким резервом — догадалась я.

— Да. Как мой брат.

Правда была ошеломляющей. И такой простой. Элементарно простой. Но я совсем не понимала, что мне теперь со всем этим делать?

— Но я однажды наподдала Миранде, а ещё всыпала парочке некромантов… — пробормотала я.

— Потому что то, что заложил в тебя Генри Лоусон, уже начало просыпаться. Помнишь, я тебе говорил? Ты особенная, Эви. Твой дед сделал тебя такой… — Кристиан шагнул ко мне, беря мою руку. — Вы с Вирендионией можете всё исправить.

— Что? — я дёрнулась в сторону, вырывая ладонь. — Сделал меня? Что это значит? Я что из какой-то пробирки? И тебе какое дело до вырожденцев? В благодетели заделался с папочкой? Обхаживаете тут меня…

Сердце стучало на разрыв, разгоняя по венам злой огонь. Я стояла, тяжело дыша и ожидая ответа. На самом деле это была лишь малая часть вопросов, то и дело всплывающих в моей голове.

— Как ты себя чувствуешь? — Кристиан скользнул по моему лицу обеспокоенным взглядом.

Его вопрос заставил меня прислушаться к себе на мгновение.

— В голове шумит, — поделилась я. — И кажется, что… будто происходящее сон?

— Нет, это не сон, Эви. Попытайся побороть эту слабость, — твёрдый голос Сальваторе вывел меня из оцепенения.

— Это мерзость, о которой ты говорил, так действует на сознание вырожденцев?

— Да. И она тонко настроена на то, чтобы вы никогда не задумывались над тем, что происходит у вас под носом. Никогда задавались вопросом, почему вы такие. Подобные мысли воспринимаются, как нечто чужеродное и отторгаются. Помнишь, что я сказал? Вода, еда, воздух… всё этому способствует. Закладывается буквально в первые месяцы от рождения.

Я стояла, сосредоточенно глядя на корешки книг за спиной Сальваторе.

Мозг будто коротило. Мысли уплывали в другом направлении. Мне хотелось думать о недавнем поцелуе, о сегодняшнем ужине, даже о домашке! Только не о том, о чём пытался втолковать дракон.

— Мне сложно понять то, о чём ты говоришь, — призналась я наконец, не сдержав беспокойства.

— Это нормально. Так и должно быть.

Я повернула голову и остановилась взглядом воротнике мужской рубашки.

— Как это убрать, Кристиан? — тон получился жалобным, но я была уже на грани. Осознание того, что ты не принадлежишь самой себе вызвало неконтролируемую тревогу.