Книга Связанные ненавистью. Жестокая академия, страница 119 – Анастасия Милославская

Внутри меня всё леденеет, но я заставляю себя дышать ровно.

— Мисс Эйвери, я не совсем понимаю, о чём вы, — стараюсь я придать голосу оттенок наивной растерянности.

— Лекарь Мейсон считает, что у тебя есть метка истинности, — торжествующе заявляет она.

— Но на моём теле нет отметин, — возражаю я.

— Это потому, что ты полукровка, дорогая. Но на тебе есть метка моего сына, Зейла. Он — твой истинный. Ты, наверное, безумно рада, не так ли?

— О, мисс Эйвери, никогда бы не подумала! — я заставляю себя улыбнуться, и надеюсь, что эта улыбка не выглядит слишком безумной, не выдаёт переполняющего меня чувства омерзения. — Ваш сын такой влиятельный, такой невероятный!

Селеста расцветает от гордости, её глаза горят.

— Да, он великолепный мальчик и достоин самого лучшего. И ты это самое лучшее, понимаешь? Я не такая, как дракорианцы, Деви. Я помогаю таким, как ты, помогаю полукровкам. Ты будешь с моим сыном. Вам нужно познакомиться поближе, тогда метка проявится.

— Это так неожиданно… — говорю я, притворяясь ошеломлённой. — Я обескуражена. Я ведь простая полукровка…

— Понимаю, — кивает Селеста. — Но ты под моей протекцией и защитой теперь. Я ведь говорила — ты мне нравишься, Деви. Наше сотрудничество может стать более плодотворным. И твоя сестра… — Селеста бросает взгляд на Аэллу, лежащую на кушетке. — Она скоро выздоровеет, всё будет хорошо, понимаешь? Если будем помогать друг другу.

— Я понимаю, — отвечаю я, чувствуя, как внутри всё кричит от неприятия.

Селеста касается моей щеки холодной рукой.

— Какая ты умница. Я в тебе не ошиблась. Я всегда мечтала о дочери. Я бы хотела, чтобы она была такая, как ты.

Приходится сжать зубы, чтобы не выдать себя. Эта фальшивая материнская нежность от женщины, которая продаёт меня насильнику, вызывает тошноту.

Селеста встаёт:

— А теперь пошли. Уже темнеет, нам пора. Твоя сестра останется здесь. О ней позаботятся, но ты можешь её навещать. Лекарь Мейсон составит расписание процедур, но ты можешь приходить и просто так.

— Я могу забрать её? — спрашиваю я, вставая с кушетки. — Думаю, ей здесь тяжело, а среди близких людей будет легче. Она привыкла быть дома.

Мне нужно позаботиться о сестре. Нельзя оставлять её в объятиях Эйвери. Но… Я тут же осознаю тщетность этой идеи. Селеста ведь легко доберётся до Аэллы, и до меня, где бы мы не находились.

Я не могу ей помешать.

Селеста отказывает резко, её тон становится холоднее.

— Нет, милая. Мне доложили, какие там условия. Твоей сестре нужна забота и внимание персонала. Круглосуточное.

— Мать заботится о ней, — возражаю я.

— Не спорь.

— Да, вы правы, я просто волнуюсь.

Не стоит привлекать внимание и вызывать подозрения. Всё равно она сделает, как хочет.

Спустя полчаса мы с мисс Эйвери используем порт-ключ и выныриваем во дворе академии. Здесь прохладно и осенний ветер пробирается под блузку, заставляя меня поёжиться.

Мисс Эйвери отпускает мою руку.

— Что ж, милая, на этом пока всё. Мне пора возвращаться к делам. Я сообщу о расписании процедур. И постарайся сблизиться с моим сыном, поняла?

Она разворачивается и уходит, её каблуки цокают по камню. Я наблюдаю за Селестой, пока она не исчезает за аркой.

Я справилась. Главное, что не сломалась и не выдала свой испуг. Мысленно хвалю себя за сдержанность.