Книга Резонанс любви, страница 3 – Роберт Фадер

За окном Невский проспект продолжал жить, но теперь он казался Наталье уже не просто знаменитой улицей, а началом истории, в которую она вошла случайно. Или думала, что случайно.

За окном кафе постепенно прояснялось, будто Петербург сам передумал быть суровым. Ещё недавно ветер с такой силой бил в стёкла, что казалось, сейчас он сорвёт вывески, разгонит прохожих по подъездам и превратит Невский проспект в декорацию к тревожному сну. Теперь же улица снова наполнялась обычным весенним светом, а люди за стеклом шли спокойно, как будто ничего странного не произошло.

Наталья сидела у окна, согревая ладони о чашку с кофе. Слабость постепенно отступала, но внутри всё ещё оставалась неприятная дрожь, похожая не столько на последствия испуга, сколько на отголосок чего-то необъяснимого. Она украдкой посмотрела на мужчину, который сидел напротив, и поймала себя на мысли, что его присутствие почему-то успокаивает её сильнее, чем тепло кафе.

Он был одет необычно для случайного прохожего. Длинный тёмный плащ с бордовой подкладкой, чёрная рубашка, спокойная осанка, внимательный взгляд — всё в нём будто не совсем совпадало с обычным петербургским днём. Он выглядел так, словно пришёл не с Невского проспекта, а из другой истории, где люди появляются ровно в тот момент, когда должны появиться.

Наталья сделала глоток кофе и наконец решилась нарушить паузу.

— А как вас зовут?

Мужчина слегка улыбнулся, будто ждал этого вопроса.

— Луис.

— Луис? — переспросила Наталья. — Не самое петербургское имя.

— Согласен, — ответил он. — Но я и не самый петербургский человек.

Она внимательнее посмотрела на него. В его голосе действительно слышался акцент: мягкий, тёплый, почти музыкальный. Он говорил по-русски уверенно, но некоторые слова произносил так, будто русский язык был для него не родным домом, а красивым городом, в котором он давно научился ориентироваться.

— А откуда вы? — спросила она.

Луис на секунду перевёл взгляд к окну. Там, за стеклом, солнечный луч скользнул по мокрой мостовой, и Невский снова стал почти праздничным. Казалось, странный холод исчез без следа, оставив после себя только блеск на камнях и несколько перевёрнутых зонтов у входа в соседний магазин.

— Из… другого государства, — сказал он после короткой паузы.

Наталья прищурилась.

— Как загадочно...

— Мне часто это говорят.

— И что вы делаете в Петербурге, Луис из другого государства?

Он наклонился чуть ближе, понизив голос с такой серьёзностью, что Наталья невольно приготовилась услышать что-то важное.

— Я здесь, чтобы помочь городу. У меня очень ответственная работа.

Она посмотрела на него несколько секунд, а потом не выдержала и улыбнулась.

— Какая таинственность. Это секретная миссия?

Луис выдержал паузу, словно оценивал степень её готовности к правде. Потом его лицо стало совершенно серьёзным.

— Да. Мне поручили спасать москвичек, которые спотыкаются о петербургские поребрики.

Наталья рассмеялась так неожиданно для самой себя, что едва не пролила кофе. После всего случившегося этот смех прозвучал почти спасительно. Он вернул ей ощущение обычной жизни, где странные мужчины могут шутить, ветер может закончиться, а страшное головокружение — оказаться просто неприятным эпизодом отпуска.