Книга Королевская жатва, страница 23 – Анна Платунова

Пока Эрик, глупо хихикая, потирал ушибленную голову, я вскочила на ноги и остервенело отряхнула подол, расправляя его.

— Я — наследница трона, я твоя будущая повелительница! — крикнула я.

— Рин, никто не узнает, — пискнула Таисия, наш главный миротворец и добрая душа. — Мы просто играем!

— Я… Я не могу так! Вы не понимаете. Мне так нельзя! Я принцесса, мне подберут мужа, когда придет время, а до этого…

Эрик смотрел на меня снизу вверх потухшим и растерянным взглядом и больше не улыбался.

— Прости, — сказал он.

— Если бы я не была принцессой… — пробормотала я, сменяя гнев на милость, и сама расстроенная всплеском эмоций.

В глубине души я понимала, что титул здесь ни при чем, и сколько бы я ни обманывала себя, тот единственный поцелуй — жаркий, сладкий и умопомрачительный — все еще горел в сердце. Я спрятала его в самом потайном уголке памяти. Тот поцелуй был запретным, я приобрела его обманом и заслужила все, что последует дальше: гнев и жестокие слова, из-за которых я едва не рассыпалась на части и долго-долго потом себя собирала.

— Почему ты вспомнил про эту игру сейчас, Вейн? — спросила я и попробовала кашу с кончика ложки, передернулась: масса оказалась соленой и гадкой на вкус.

— Ты больше не принцесса, Арин, — ответил вместо Вейна Эрик.

Он лишь вернул мне мои слова, но взгляд Эрика вместил гораздо больше смыслов. Мой друг смотрел на меня с грустью, состраданием и, как ни странно, с надеждой. Эрик ничего не добавил, но я и так все поняла.

Глава 9

В прачечной стоял тяжелый дух: влажный горячий воздух пах щелоком и хозяйственным мылом. Над чанами поднимался пар, в кирпичных печах жарко горел огонь, превращая промозглое осеннее утро в душный летний полдень.

— Мы что, на самом деле должны сами стирать свои вещи? — пискнула Бьянка.

— Ну что ты! — Я не удержалась от сарказма. — Нас привели сюда просто на экскурсию. И заодно показать прачечную нашему постельному белью и испачканной форме!

Признаюсь, я сама не сразу поверила, когда нам объявили, что студенты отныне сами будут делать уборку в своих комнатах и стирать одежду, замызганную после тренировок. В моей картине мира грязные вещи просто испарялись вечером, чтобы появиться утром свежими и отглаженными. Но никакого волшебства здесь не было: пока мы спали, прачки всю ночь напролет стирали вещи, сушили в натопленной комнате и гладили чугунными утюгами.

Студентов разделили на группы, и сейчас вместе со мной в душной прачечной стояли семь девушек с грязными вещами, завязанными в простыни, и оглядывались с таким ужасом, будто их привели на казнь.

Ополченцы ввалились за нами, четверо парней, которым тоже не помешало бы почистить одежду или хотя бы умыться и побриться. Они откровенно потешались над нашей растерянностью и уходить, похоже, не собирались. Что же, пора привыкать к тому, что наши жизни превратились в занимательное зрелище для простолюдинов.

— Крошки, не бойтесь, щелок не кусается! — подал голос рябой остряк, я его уже запомнила из-за россыпи веснушек на лице. — Главное, сильно не наклоняйтесь над чанами, а не то бултых в воду! Все вымокнете. Так что можете сразу раздеться, чтобы платьица не измочить!

Ополченцы заржали. Девушки сжались. Как назло, рядом ни одного из наших ребят, при них эти мерзавцы поостереглись бы отпускать скользкие шуточки.