Книга Королевская жатва, страница 2 – Анна Платунова

Надеюсь, вам будет гадко дотрагиваться до меня, ненавистный Райдер!

Меня затошнило. До конца не понимая, что делаю, я подбежала к окну, рванула створку, в лицо ударил студеный осенний ветер. День сегодня на удивление хмурый и пасмурный, с утра шел дождь. Если я сейчас выпрыгну во внутренний двор с третьего этажа, приземлюсь прямо в грязь, и кровь смешается с мутной дождевой водой. Прекрасный финал жизни опальной принцессы.

Что я говорила пять минут назад? Лучше бы сдохнуть? Забудьте! Не для того я держалась столько времени, чтобы потом бесславно околеть под окнами собственного дворца. Я вцеплюсь зубами в эту жизнь, я выгрызу свободу и найду способ отомстить за все!

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Давай, Рин, приходи в себя. Притворись. Улыбайся. Играй. В конце концов, он всего лишь мужчина, а у привлекательных особей женского пола всегда найдется пара хитростей, чтобы заставить мужчин плясать под свою дудку.

Память непрошено подкинула мне образ Корвина Райдера, стоящего на коленях посреди хохочущей толпы…

И следом — образ Корвина Райдера на возвышении в парадном зале академии, куда нас всех, студентов, согнали страшной ночью Переворота. Его строгий мундир разорван на плече, перепачкан кровью врагов, черные как смоль волосы впервые со дня нашего знакомства всклокочены.

— Вы все назовете свои имена, — чеканит он. — Курс и факультет.

— Не говори, кто ты, — шепчет сбоку Майлз. — Не говори, что ты принцесса, Рин!

Я вся дрожу от макушки до пят. Происходящее кажется кошмарным сном. Я поворачиваю голову к Майлзу, его нос разбит, и по губам стекает струйка крови, которую наш отличник и тихоня небрежно стирает тыльной стороной ладони. Похоже, он тоже в шоке.

У выходов ставят столы, за ними расположились повстанцы, которые выглядят не такими дикими и грязными, как большинство. Эти знают грамоту, значит, учились. Они готовятся составлять списки.

— Придумай себе имя! Сейчас!

Голова отказывается соображать, и меня хватает только на довольно нелепую выдумку. «Арин» — почти что «Рин», мое короткое имя для близких друзей. И «Торн». Шип. Меня часто за глаза зовут Колючкой.

Студенты движутся по кругу, выстраиваются в подобие очереди, постепенно успокаиваясь. Видимость порядка обнадеживает. Кажется, что недоразумение сейчас разрешится, и никого не смущает тот факт, что старшекурсников отделяют от общей массы в отдельную группу.

— Арин Торн, — сообщаю я женщине — с ума сойти, на стороне заговорщиков воюют женщины! — Второй курс.

Ее длинные седые волосы заплетены в две тугие косы. Она кивает и пишет мое придуманное имя. Я надеюсь, что в творящейся неразберихе никто не станет вникать в имена: Арин и Арин. Почти выдыхаю. Отхожу. Вскидываю голову. И в меня врезается жгучий взгляд черных глаз…

Генерал Райдер точно знает, кто я, и сейчас мой обман раскроют! Воздух камнем застывает в груди. Но секунды бегут одна за другой. Он молчит. Потом отворачивается и обращает свое внимание на замешкавшихся у противоположной стены перепуганных мальчишек-первокурсников.

— Вы. Быстро. Сюда.

Я ковыляю на ватных ногах, сердце щемит. Он не выдал мой секрет, но я не сомневаюсь, что двигало Райдером вовсе не благородство.

…Я все еще стою у распахнутого окна в бывших покоях моего отца, когда открывается дверь и порог переступает он. Мой персональный кошмар. Ненавижу его! Ненавижу всей душой, каждой клеточкой тела!