Книга Кто любовь эту выдумал?, страница 42 – Ольга Дашкова

Присматриваюсь, понимаю, что он прав. Майя действительно вцепилась в ручку мертвой хваткой.

— И что ты предлагаешь? Пойти и сказать им всем правду-матку?

— А какую правду? Что Валерия флиртует с другими парнями? Рома скажет, что мы ревнуем и наговариваем.

— Тогда зачем мы тут стоим?

— Собираем информацию, – серьезно отвечает Арсений. – Знаешь, что я заметил за последнюю неделю?

— Что?

— Валерия никогда не остается с Ромой наедине дольше пяти минут. Как только начинается серьезный разговор, она находит повод переключиться на что-то другое.

Задумываюсь. Действительно, на дискотеке они все время были в центре внимания. В школе Валерия постоянно кого-то привлекает к разговору...

— Может, она просто общительная, – предполагаю без особой уверенности.

— Или боится, что Рома разглядит ее настоящее лицо, – парирует Арсений. – Красивая упаковка хороша только на расстоянии.

В этот момент из класса доносится смех. Валерия о чем-то говорит с Колей, тот хохочет, а Рома сидит как на иголках.

— Смотри, – шепчет Арсений, – сейчас она сделает фирменный ход.

— Какой еще фирменный ход?

— Вернется к Роме, сделает вид, что ничего не происходило, но при этом намекнет, что он ведет себя как ревнивый собственник.

Не успевает он это сказать, как Валерия действительно поворачивается к Роме.

— Милый, – говорит она сладким голосом, – ты что такой мрачный? Ревнуешь, что ли?

— Я не ревную, – напряженно отвечает Рома. – Просто не понимаю, зачем тебе флиртовать с другими.

— Флиртовать? – Валерия округляет глаза. – Рома, я просто вежливо разговариваю с одноклассником. Ты что, хочешь, чтобы я ни с кем не общалась, кроме тебя?

— Нет, конечно...

— Тогда в чем проблема? – Валерия касается его руки. – Неужели ты мне не доверяешь?

И вот Рома уже извиняется! А Валерия снисходительно его прощает.

— Ну надо же, – бормочу. – Он прав.

— Кто прав? – переспрашивает Арсений.

— Ты. Это действительно фирменный ход. Она сделала из него виноватого.

— Еще бы я был не прав! – фыркает Арсений. – Я же не зря всю неделю за ней наблюдаю.

— Всю неделю? – удивляюсь. – Зачем?

— Затем же, зачем и ты. Потому что друзья превращаются в зомби, а я не знаю, как им помочь.

Смотрю на него внимательнее. Арсений Новиков, школьный шут и сердцеед, выглядит искренне обеспокоенным.

— И что ты выяснил за неделю наблюдений?

— Много чего. Хочешь послушать?

— Валяй.

— Во-первых, она никогда не рассказывает о своей прошлой жизни. Рома пытался расспросить ее о Питере – она сразу переводила тему.

— Может, у нее тяжелые воспоминания.

— Может. А может, она боится соврать. Во-вторых, она постоянно принижает всех вокруг. Особенно девчонок. Слышал, как она отзывается о Майе?

— Как?

— «Серая мышка», «провинциальная простушка», «застряла в детстве». И это при том, что Майя умнее ее раза в три.

— Откуда ты знаешь, что она умнее?

— Да ты на контрольные посмотри! Валерия еле-еле на четверки тянет, а выпендривается, как Эйнштейн.

Это правда. Майя всегда была отличницей, а Валерия... я действительно не помню, чтобы она блистала знаниями.

— Что еще?

— Она никого к себе не подпускает. Даже Рому. Ты видела, чтобы они где-нибудь просто так сидели и молчали? Чтобы она позволила ему обнять себя без посторонних глаз?

Думаю и понимаю – не видела. Валерия всегда на сцене, всегда играет роль, ей нужны зрители.