Книга Кто любовь эту выдумал?, страница 24 – Ольга Дашкова

— Это было другое. Тогда я защищала себя от хулигана. А сейчас... сейчас я просто не хочу унижаться.

— Унижаться? Любовь – это не унижение!

— Безответная любовь – это именно унижение, – отвечает Майя холодно. – И я с этим покончила.

Смотрю на нее и понимаю, что разговор заходит в тупик. Майя словно окружила себя ледяной стеной, через которую невозможно пробиться никакими аргументами.

— Знаешь что, ты разочаровываешь меня. Я думала, ты сильная. А ты просто трусиха, которая прячется за благородными словами о гордости.

Это больно, и я вижу, как Майя вздрагивает. Но она не отвечает, только сжимает губы и снова уткается в учебник.

Выхожу из библиотеки в ярости – на Валерию, на Рому, на всю эту ситуацию. Но больше всего я злюсь на Майю. Как можно быть такой пассивной? Как можно просто сдаться, не попытавшись хотя бы дать бой?

— Ого, кого это понесло ураганом по коридору? – раздается знакомый насмешливый голос.

Оборачиваюсь, вижу Арсения, который прислонился к стене и смотрит на меня с ухмылкой. Высокий, широкоплечий, с этой вечной растрепанной прической и наглой улыбкой. Красавчик, который это прекрасно знает.

— А, это ты, – отвечаю я кисло. – Не мешай, у меня нет настроения для твоих дурацких шуток.

— О, а что случилось? – он отталкивается от стены и идет рядом со мной. – Дай угадаю – опять кто-то обидел твоих подопечных?

Арсений всегда так меня называл – «защитницей угнетенных». С тех пор как мы познакомились в пятом классе, и я перешла в эту гимназию и попала в его класс, он не упускал возможности подколоть меня за то, что я всегда заступаюсь за тех, кого обижают. Раньше это меня просто раздражало, но сейчас, когда нервы на пределе, его слова действуют как красная тряпка на быка.

— Заткнись, Новиков, – рычу. – Не все в этом мире такие циники, как ты.

— Циники? – он делает притворно удивленное лицо. – Я не циник, я реалист. В отличие от некоторых, кто пытается спасать тех, кто не хочет быть спасенным.

— О чем ты говоришь?

— О твоей подруге Майе, – и я понимаю, что он слышал наш разговор. – Я проходил мимо библиотеки и не мог не заметить, как ты пытаешься растормошить спящую красавицу. Безуспешно, кстати.

— Ты подслушивал?

— Я проходил мимо, а вы говорили достаточно громко, – пожимает плечами Арсений. – И знаешь, что я думаю? Может быть, Майя права. Может быть, не стоит бороться за того, кто тебя не ценит.

— Это говорит тот, кто за всю жизнь ни разу серьезно ни в кого не влюблялся, – фыркаю я. – Легко рассуждать о любви, когда сам относишься к ней как к развлечению.

— А откуда ты знаешь, во что я влюблялся, а во что нет? – в его голосе звучит что-то странное, но я слишком взвинчена, чтобы это заметить.

— Да потому что ты встречаешься с девочками максимум месяц, а потом бросаешь их ради новой игрушки, – отвечаю я злобно. – Для тебя отношения – это просто способ развеяться.

— Может быть, я просто не встретил ту, ради которой стоило бы остановиться?

— Да ладно! – смеюсь ядовито. – Арсений Новиков и постоянные отношения? Это как... как представить белую ворону. Или честного политика.

Мы останавливаемся возле лестницы, и Арсений поворачивается ко мне лицом. В его глазах мелькает что-то такое, отчего у меня перехватывает дыхание, но он быстро прячет это за привычной насмешкой.