Книга Преданная. Любовь и долг, страница 86 – Лия Султан

Я искренне благодарна за эти слова, но тем не менее в душе скребет. Я скрыла от мамы танец с Тамерланом и то необычное чувство, которое он мне подарил. Возвращаясь ночью домой, я смотрела в окно и вспоминала его твердое, мужественное лицо и благородное спокойствие.

Но я молчу о нем, потому что не знаю, как объяснить это даже самой себе.

Глава 39

Понедельник начался отлично. Я пришла в салон в хорошем настроении, готовая творить и покорять новые вершины. Девочки сходу начали рассказывать о том, что интернет-паблики опубликовали фотографии Аялы и подписали, что невеста в платье от Жанар Мустафиной. И началось…

Малика говорит, что запись ко мне на две недели вперед. До октября самый разгар сезона, когда мы снимаем сливки. Эффект Аялы оказался в разы больше эффекта известного блогера, хотя сама она не публичный человек.

Весь день я порхаю между залом и ателье, чувствую такой неописуемый подъем, будто у меня выросли крылья за спиной. Так проходит весь день, и вечером я задерживаюсь в кабинете, работая над очередным эскизом и заодно пережидая ливень.

На столе звонит телефон, я, не глядя на него, принимаю вызов и прикладываю к уху. На том конце провода мой новый таможенный брокер заявляет, что прилетевший из Бейрута груз отказываются выпускать.

— В смысле отказываются выпускать? — я даже откладываю карандаш и выпрямляюсь в кресле.

За окном по стеклу барабанит дождь, в кабинете горит только настольная лампа, и от резкой смены настроения пульсирует в висках.

— Груз стоит на складе временного хранения. Таможня выявила несоответствие в документах.

— Какое еще несоответствие?

— В инвойсе и упаковочном листе разные коды части товара. Плюс по нескольким позициям не совпадает описание изделий.

Я хмурюсь.

— Не может быть. Мы с этим домом два года работаем. Они столько раз отправляли нам товар!

— Я понимаю, — дежурно соглашается брокер.

— И ни разу не было проблем.

— Знаю.

— Тогда как такое вообще возможно?

На том конце провода слышится шелест бумаг.

— Если честно, я сам удивился. Но документы действительно оформлены некорректно. Возможно, это связано с ситуацией на Ближнем Востоке. Сейчас многие компании работают в авральном режиме. Меняются сотрудники, логистические цепочки, часть документов оформляется через посредников. Ошибок стало значительно больше.

Закрыв глаза, делаю глубокий вдох. Только этого мне не хватало.

Платья ливанского дизайнера Джорджа Хобейки расходятся у нас как горячие пирожки. Невесты любят его за сказочную эстетику, архитектурный крой и виртуозную ручную работу, потому что бренд славится сложнейшей вышивкой. В этой партии есть несколько эксклюзивных экземпляров для очень состоятельных невест, которые специально их заказали.

— Что нам грозит? — здесь нет места истерике, хоть я уже перехожу в режим тревожности.

— Пока ничего критичного. Но груз не выпустят до устранения замечаний.

— Сколько времени?

— Если ливанская сторона быстро предоставит исправленные документы - несколько дней.

— А если не быстро?

Брокер замолкает, и это мне не нравится.

— Неделя. Может быть, две.

— Две недели?!

Я резко встаю из-за стола.

— У меня заказы. Ближайшая свадьба через неделю. Клиенты полностью выкупили эти платья.

— Я понимаю.

— Нет, вы не понимаете, — возражаю я, но брокер меня останавливает.