Книга Завтра, завтра, завтра, страница 209 – Габриэль Зевин

— Понимаю, – кивнули Алебастр, – но подумай-ка вот о чем: найти верного товарища по играм – большая редкость. Как в этом, так и в ином мире.

Эмили уставилась на Алебастра. Сиреневые глаза… Сиреневые волосы…

— Сэм?

— Какой такой Сэм? – заморгали Алебастр.

— Ты же Сэм, верно? – нахмурилась Эмили.

Алебастр рухнули на колени.

— Сэди…

Миг – и Эмили исчезла из дома винодела.

На экране возникло текстовое окошко: «Эмили покинула Дружноземье».

МАЛЬЧИК ПЛЫВЕТ ДО КОНЦА

По прошествии нескольких дней, месяцев или лет Эмили вернулась, чтобы проверить ЛуКа. За время ее отсутствия он вырос на три года и превратился в сильного одиннадцатилетнего паренька.

— Мама, где ты пропадала? – вскричал он. – Мамуля и я очень переживали!

— Пойдем искупаемся? – предложила Эмили.

Они проплыли обычные два экрана, и ЛуК спросил, можно ли ему плыть дальше. Эмили на мгновение задумалась.

— Почему нет? – ответила она. – Ты так повзрослел.

И они поплыли дальше, пока не достигли конца океана.

— Как здесь покойно, – восхитился ЛуК.

— Да, здесь покойно, – согласилась Эмили.

— Мамочка, мне страшно, – заволновался ЛуК. – Боюсь, у меня кончились сердечки и я не смогу вернуться домой.

— Не беспокойся, малыш. Ты ненастоящий. Тебе не суждено умереть.

ЗАВЕЩАНИЕ МЕСТНОЙ ЖИТЕЛЬНИЦЫ

В тот памятный восьмой год, когда разразилась ужасная снежная буря и Эмили отправилась на поиски Дедал в Неизведанный край, она наткнулась на ранчо. Над воротами ранчо висели таблички: большая, заиндевелая от снега, «Укротитель коней» и поменьше «Уход за лошадьми: ковка, конеборство и прочая помощь всадникам и лошадям. Мне покорны любые кони». В тот раз Эмили, терзаясь страхом за загадочно исчезнувшую Дедал, проехала мимо.

Однако, порвав отношения с Дедал, она все чаще стала возвращаться мыслями к этому ранчо. Табличка «Укротитель коней» всколыхнула в ее душе смутные воспоминания: то ли о месте, где она побывала в детстве, то ли о сне, который ей когда-то привиделся. И в один из последних дней своего пребывания в Дружноземье Эмили решила разведать, что же скрывается за теми воротами. В любом случае она ничего не теряла: даже если бы вывеска оказалась всего-навсего заманчивой рекламой, Эмили, прежде чем навсегда оставить Дружноземье, просто подковала бы Пиксель.

Расстелив исполинскую карту, Эмили попыталась определить местонахождение ранчо, но ранчо на карте не оказалось, и Эмили долго петляла и блуждала туда-обратно по извилистым тропинкам, пока не нашла искомое и не въехала в ворота с последними лучами заходящего солнца.

Пиксель с Эмили на спине протрусила мимо фруктового сада, затем свернула на вымощенную брусчаткой дорожку и, прорысив мимо полей и длинного ряда стойл, добрела наконец до стоявшего на задворках домика с треугольной аркой, придававшей ему сходство с церковью. Эмили слезла с седла и позвонила в колокольчик. Дверь распахнулась, и на пороге возник мужчина в белой ковбойской шляпе. Он выглядел лет на шестьдесят, то есть значительно старше, чем большинство жителей Дружноземья. Ноги колесом и прямая спина выдавали в нем завзятого наездника. Из-под шляпы выбивался пышный клок темных с проседью волос. «Как же он похож на своего отца Рю», – подумала Эмили.

— Мое почтение, странница. – Неигровой персонаж приподнял шляпу. – Лошадка беспокоит?