Книга Завтра, завтра, завтра, страница 169 – Габриэль Зевин

Ты плохо разбираешься в оружии, если, конечно, речь не идет об арсенале из видеоигр наподобие «Дума». Но даже в «Думе» ты предпочитаешь не дробовики, а более леденящие кровь орудия убийства – бензопилу или ракетомет. Ты решаешь, что небольшое ружье – это пистолет, а ружье побольше, скорее всего, автомат.

— Привет, я – Маркс Ватанабэ. Эта компания принадлежит мне. – Ты протягиваешь ладонь для рукопожатия. Налетчики заинтригованы и не сводят с нее круглых от удивления глаз. Ты отвешиваешь им легкий поклон. – Чем могу служить? Гордон сказал, вы хотите потолковать с Мазером, но Мазера здесь нет.

— Врешь, гнида! Козел недорезанный! – верещит Красная Бандана.

— Клянусь, его здесь нет, – говоришь ты. – Он в Нью-Йорке, продвигает нашу новую игру. Скажи мне, в чем дело, и, возможно, я смогу помочь.

— Покажи мне его кабинет, – рычит Красная Бандана. – Хочу убедиться собственными глазами, что этот педрила свалил отсюда.

— Хорошо, – соглашаешься ты, лихорадочно думая: «Тяни время! Дай Анту возможность увести всех на крышу». – Хорошо, я покажу тебе его кабинет, но вначале сделай мне, пожалуйста, одолжение…

— Охренел, что ли? Я те щас такое одолжение сделаю, мать родная не узнает!

— …Объясни мне, что тебе нужно от Мазера. Возможно, я все улажу.

— М-мы не собираемся н-никому п-причинять вреда, – слегка заикаясь, встревает Черная Бандана. – Нам нужен т-только Мазер. Мы п-просто хотим с ним п-поговорить. Если бы мы хотели устроить кровавую баню, мы бы сразу п-поднялись наверх. Лучше п-пусть Мазер спустится к нам.

— Давайте ему позвоним, – предлагаешь ты и набираешь номер Сэма.

Сэм не отвечает. Должно быть, у него фотосессия, вспоминаешь ты и оставляешь голосовое сообщение.

— Это Маркс, – безличным тоном говоришь ты, – перезвони, как только освободишься.

Ты оглядываешься на парочку в банданах. Лица скрыты, и тебе сложно определить, сколько нападающим лет. Возможно, они одного с тобой возраста, возможно – младше. Они тебя не пугают. Тебя пугает их оружие.

— Он скоро перезвонит, – спокойно произносишь ты. – Может, пока мы ждем его звонка, отпустим Гордона?

— Хрена лысого мы его отпустим, – сипит Красная Бандана. – С чего вдруг?

— С того, что он – мелкая сошка. Непись, одним словом.

Парни – явные игроманы и понимают тебя с полуслова.

— Сам ты непись, – уничижительно шипит Красная Бандана.

— Ты не первый, от кого я это слышу, – вздыхаешь ты.

Ты в отеле на задворках Сан-Симеона.

Сэди уснула, и ты спускаешь в бар. Сэм, твой непьющий друг, глушит рюмку за рюмкой.

— Не возражаешь, если я к тебе присоединюсь? – спрашиваешь ты.

— Делай что хочешь, – пожимает плечами Сэм.

Ты присаживаешься рядом на стул.

— Слушай, я сам не знаю, как это произошло, – каешься ты. – Никто из нас не предполагал, во что это выльется.

— Ой, да не напрягайся, – отмахивается Сэм, – мне нет никакого дела до того, как у вас все приключилось.

Сэм пьян, но его пока не развезло. Только в голосе проскальзывают ядовитые и сварливые нотки.

— Плевать мне, что между тобой и Сэди. Все это детские игрушки по сравнению с тем, что между Сэди и мной. Перепихивайся с кем угодно, понял? А вот игры… игры тебе ни с кем не создать.

— Неправда. Я создаю игры с тобой и Сэди, – возражаешь ты. – Господи боже, да именно я придумал название для «Итиго»! Я всегда с вами. Каждую минуту! Как ты можешь говорить, что я не участвую в творческом процессе?