Книга Завтра, завтра, завтра, страница 149 – Габриэль Зевин

— Ну, я бы не обобщал, – туманно ответил Маркс.

Подобные разговоры они безустанно вели уже несколько месяцев. Сэди не понимала, что творится: все это так не походило на Маркса, честного, прямодушного и открытого Маркса, никогда не делавшего из своей любви тайны. В конце концов она решила, что необычность его поведения вызвана беззаветной (она бы сказала – наивной) преданностью Сэму. Когда-то и она питала к Сэму верноподданнические чувства, пока тот не явил ей свое подлинное лицо.

Наряду со свадьбой Дова, Сэди и Маркс могли бы отпраздновать и первую годовщину совместной жизни. Маркс до сих пор оплачивал бунгало, некогда служившее ему «семейным гнездышком» с Зои, но, в сущности, дневал и ночевал в доме с Клоунриной. И они с Сэди уже начали подумывать о покупке коттеджа.

— Это очень хорошо, если вы встречаетесь, – развил свою мысль Сэм. – И не бойтесь, я не собираюсь сходить из-за этого с ума и бросаться с обрыва в воды Тихого океана. – Сэм шутливо крутанул руль, и машина опасливо вильнула в сторону кручи. – Просто я хочу знать наверняка. У вас на лицах и так все написано. Стоит лишь взглянуть на них. Однако обидно, что вы водите меня за нос.

— Ты прав, мы встречаемся, – призналась Сэди.

— Я ее люблю, – горячо воскликнул Маркс и быстро поправился, обернувшись к Сэди: – Я люблю тебя.

— А я – тебя, – ответила Сэди.

— Славно, – кивнул Сэм. – Так я и думал. Мазл тов. Заскочим в замок Херста, раз уж он по дороге? Я в нем ни разу не был.

Пока они бродили по Зачарованному холму, созерцая ошеломляющий и самый сумасбродно-идеалистический дворец Калифорнии, знаменитой своими ошеломляющими, сумасбродно-идеалистическими дворцами, Сэм хранил непроницаемое молчание. Сэди приучила себя не потворствовать его капризам и держаться с ним как можно более отстраненно, однако его волнение передалось и ей.

По окончании экскурсии она сказала Марксу, что хочет поговорить с Сэмом наедине, и отвела напарника во внутренний, выходящий на океан дворик в форме полумесяца. Было два часа пополудни, и лучи отражавшегося от воды солнца слепили немилосердно. Даже в солнцезащитных очках Сэди с трудом различала силуэт Сэма.

— В девять лет это место казалось мне настоящим раем, – начала Сэди, чтобы хоть как-то разрушить тягостную тишину, – а сейчас я вижу, насколько оно смехотворно.

— Почему? У Херста водились деньги, и он построил на них тот мир, который захотел. И в его мире нашлось место зебрам, бассейнам, бугенвиллеям и пикникам. Никто от этого не умер. По большому счету он сделал то же, что теперь делаем мы.

— Надеюсь, ты не особо переживаешь? – спросила Сэди.

— С чего вдруг я должен переживать?

— Не знаю…

— Сэди, ты навсегда останешься в моем сердце, – промолвил Сэм. – Возможно, я тебя когда-то любил, но… Мы ни за что не ужились бы вместе. Я это точно знаю.

— И я, – вздохнула Сэди.

— И если бы мы захотели стать парой, один из нас непременно дал бы другому знак, согласна?

— Да.

— И все-таки непонятно, почему двое моих близких друзей и коллег решили сыграть со мной в кошки-мышки. Не слишком ли самонадеянно с вашей стороны полагать, что я из-за вас распсихуюсь?

— Думаю, – осторожно начала Сэди, – Маркс боялся, что ты воспримешь все близко к сердцу. Да и кроме того, поначалу мы не были уверены в серьезности наших отношений и не хотели огорчать тебя раньше времени.