Книга Охота на Призрака, страница 40 – Александр Шичкин

— Лившиц, — утвердительно кивнул его собеседник.

— Ну, давай, не томи, рассказывай, откуда вообще узнали, что его вам доставят.

— Сижу я, значит, у начальника СИЗО. Ерунду какую-то плановую обсуждали. Вид у него не просто начальственный, а как всегда царственный, — Диман с ухмылкой произнёс последние слова. Ему не нравилось и было непонятно, что многие сотрудники изолятора, в том числе и его руководитель, считают себя не сотрудниками службы исполнения наказаний, а прямо-таки повелителями душ. Пусть даже эти души являлись нарушителями закона. — И тут ему звонок на сотовый. О чём именно разговаривали, слышно не было. Но мой босс весь разговор стоял и слушал, не перебивая. От его барского вида во время телефонного разговора и следа не осталось.

— Так может генерал какой звонил или кто там в вашей системе руководит начальниками СИЗО? — предположил Давыдов.

— Э, нет, — с задумчивым видом протянул Диман, — когда начальство прямое звонит, Палыч по стойке смирно вытягивается и обращается либо по званию, либо по имени-отчеству. Речь чёткая становится, никаких междометий в разговоре. А с этим собеседником он угукал и агакал. Затем, вызвал к себе Терентьева. Это мой коллега. Правда, язык не поворачивается его оперативником назвать. Раньше таких называли заплечных дел мастерами.

— Что, любит зэков пытать? — блеснул знаниями Денис.

— И сам этим не гнушается и негласно за организацию и контроль пресс-хат отвечает.

— А ты как будто не выполняешь подобных поручений, — с хитрецой посмотрел на товарища следователь.

— Ты знаешь, Денчик, Палыч первое время давал мне такие поручения, и я понимал, что просто взять и отказаться не получится. А выполнять подобного рода указания у меня совершенно душа не лежит. Поэтому пришлось вспомнить народную мудрость: «Если не хочешь, чтобы тебя всегда заставляли что-то делать, делай это очень плохо», — расхохотавшись и вознеся указательный палец к потолку, произнёс поучительным тоном Диман.

— Ну да, согласен. Безотказная мудрость, — в ответ заулыбался Денис.

— Ну, дальше, дальше, Диман. Ты предисловие не слишком затянул?

— Ну а дальше пришёл Терентьев. Палыч ему дал поручение собрать пресс-хату. Но зэков надо подобрать поколоритнее, чтобы одним внешним видом могли до опорожнения кишечника довести. И ни в коем случае не бить Лившица, который в эту хату должен будет попасть. Он дважды повторил Терентьеву, грозно постукивая кулаком по столу: «Ни в коем случае». Потом говорит ему же: «А сам стой у двери. Как только еврей от страха начнёт сознание терять, выведешь его к адвокату. Спасёшь, так сказать, от неминуемой расправы страшных зэков пожилого интеллигента». Терентьев уточняет у Палыча: «А как выведу, куда его потом? В другую хату перевести?» Палыч ему: «Я же говорю, к адвокату. Он его реально уже ждать будет.

Точнее, в хату поднимешь Лившица, когда адвокат придёт уже? Я дам команду, не переживай».

Диман замолчал, допивая кофе. Денис тоже не торопился говорить. Какое-то время так и сидели в тишине, которую всё же разорвал тюремный опер.

— Что, так и не попросишь? — с улыбкой произнёс он, покосившись на Давыдова.

— Что именно? — чересчур наигранно отреагировал тот.

— Тебе же надо узнать, что за адвокат придёт к этому Лившицу, и о чём они будут трепаться?