Книга Охота на Призрака, страница 109 – Александр Шичкин

— Доброе утро! — прогромыхал Денис так, что казалось, будто окна откликнулись звоном.

Он со своими товарищами уже несколько минут не мог даже приблизиться к турникету. На секунду воцарилась полная тишина. Затем словно по указанию коллективного разума, вся толпа расступилась, освобождая дорогу питерской делегации.

Подозреваемого привели, когда Давыдов раскладывал всё необходимое для допроса.

— Здравствуйте, Павел Евгеньевич, — положив руки перед собой и глядя в глаза сидящему напротив человеку в наручниках, произнёс следователь.

— Здравствуйте. Простите, не помню, как вас зовут, — ответил Ермошкин.

Если не брать во внимание явную удручённость, стоило признать, что выглядел задержанный гораздо адекватнее, чем вчера. Взгляд ясный, движения более скоординированные. В глазах читается способность думать и анализировать.

— Секундочку, пожалуйста, Денис Юрьевич, — вмешался в диалог эксперт, заодно подсказав Ермошкину имя следователя.

Евгений Иванович внимательно осмотрел подозреваемого. Попросил следить за движением пальцев, выводя им сначала горизонтальные, затем вертикальные линии. Нащупав пульс, уточнил у местных полицейских, давно ли давали водку. Наконец, проведя все необходимые процедуры, заключил: — После допроса нужно будет капельницу поставить. Время между рюмками увеличить до двух часов. Так глядишь, и увернёмся от белой горячки, — подмигнул он Ермошкину.

— Вы простите меня, что вчера пришлось ударить вас, — произнося это, Денис непроизвольно начал перекладывать бумаги на столе. Он действительно испытывал чувство стыда и не хотел встречаться взглядом с Павлом Евгеньевичем при обсуждении этого инцидента.

— Я, если честно, очень смутно помню, что произошло. Кто-то сказал про мою дочь, якобы её… Скажите, это правда? — взгляд подозреваемого был наполнен надеждой. Павел Евгеньевич очень хотел услышать, что произошла ошибка. И это было не с его дочерью. Или они специально так сказали, чтобы вывести его из равновесия, или ещё что-нибудь. Что угодно, лишь бы это было не про его дочь.

— Это случилось пятнадцать лет назад, — Давыдов вновь поднял глаза на задержанного.

— Она же тогда совсем ребёнок ещё была, — по щекам Ермошкина потекли слёзы. — Какая мразь это сделала?

— Брагин Роман Алексеевич, — коротко и спокойно ответил Денис, продолжая наблюдать за воякой.

— Ромка? Брагин? — удивление подозреваемого было искренним. — Порешу сучонка. Вот ей-богу, порешу.

— Знаете его? — как ни в чём не бывало, продолжал следователь.

— С малых лет этого гадёныша помню. Всегда нормальным парнем мне казался, — сквозь слёзы выдавил из себя Ермошкин. — Батя у него — Лёха. Дальнобоем был. Мировой мужик. Как же так? Почему? — вдруг перешёл на крик подозреваемый.

— Оружие откуда у вас? — резко сменил тему Давыдов.

— Оружие? — в глазах Павла Евгеньевича на секунду появилось недоумение. — При чём тут оружие?

— У вас в квартире при обыске нашли три пистолета и один пистолет-пулемёт, — пояснил Денис.

— Ну, и? — пожал плечами Ермошкин.

— Винтовку куда дели? — вдруг вскочив на ноги и повиснув над подозреваемым, проорал Давыдов.

— Какую винтовку? — и снова во взгляде, полное непонимание.

Вернувшись на место, Денис, как ни в чём не бывало, принялся заполнять какой-то бланк. Казалось, он напрочь забыл про присутствие Ермошкина и всех остальных.