Книга Загадка этажа номер 12, страница 40 – Нин Ханъи

— Проверим, что там? – предложил Ван Синсин.

— Подождем минут десять, – благоразумно предложила Ся Ци.

Вскоре Хань Лэй появилась перед ними в повседневной одежде, налила себе пива и опустилась за стол.

— Все норм, сестренка? – поинтересовался Ван Синсин.

— Абсолютно. – Она отхлебнула из бокала, явно не придавая случившемуся значения. – Выпьем!

— А тот тип?

— Живой, только шишка на лбу.

— Не заставят компенсировать ущерб? – озабоченно спросила Ся Ци.

— Какой еще ущерб? – фыркнула Хань Лэй. – Сам полез хулиганить. Таких идиотов как грязи. Жестко им отвечать бесполезно, только вот так «мягко» нейтрализовать и можно. Хотя… – ее губы тронула хитрая ухмылка, – этот кретин все же сунул мне в купальник тысячу. Внакладе не осталась.

— Да ты жжешь! – Вань Синсин чокнулся с ней, и они осушили бокалы.

— Что, напугались? – Хань Лэй повернулась к Су Сяотун и Ся Ци.

— Не то чтобы напугались… – ответила Су Сяотун. – Просто мы раньше с таким не сталкивались.

— Я уже привыкла. В таких заведениях подобное – обычное дело. Просто обидно, что в первый же раз, как привела вас сюда, случился этот… конфуз.

— Да что ты! Ты выступала потрясающе, я смотрела как загипнотизированная, – сделала комплимент Су Сяотун.

— Правда? Ха-ха, спасибо! – Хань Лэй снова подняла бокал.

Они выпили еще немного. Затем Хань Лэй встала:

— Ладно, мне в гримерку – скоро снова выход.

— Ты что, еще будешь выступать сегодня? – удивилась Ся Ци.

— Ну конечно! Неужели из-за такой ерунды отменять шоу? Пейте без меня!

С этими словами она ушла. Ся Ци проводила ее взглядом и тихо вздохнула:

— Мне кажется, Хань Лэй немного переигрывает. На самом деле после такого унижения ей наверняка нелегко. За ее показной бравадой скрывается ранимая натура. Она специально вернулась к нам, чтобы мы не волновались. Хотя пострадала-то она сама.

— Я это заметила, – кивнула Су Сяотун.

— Да?

— Да. При первой встрече Хань Лэй говорила, как мать стащила ее со сцены, накинула на нее пальто… Это нанесло глубокую травму. Иначе зачем бы ей одной скитаться вдали от дома, в Лиши?

Обе женщины замолчали. Су Сяотун устремила взгляд в переливы неоновых огней за окном, и вокруг будто воцарилась тишина. Вдруг она услышала знакомую мелодию – уличный музыкант исполнял ее любимую народную песню «Голубь». Ком подступил к горлу.

— Я отойду на минутку.

Она вышла на улицу и остановилась перед бродячим артистом.

Его тихий голос звенел в ночи:

Когда последний аккорд растаял в воздухе, по щекам Су Сяотун уже текли слезы.

В баре они задержались до начала двенадцатого, но Хань Лэй так и не вышла на сцену. Возможно, ее слова о подготовке к выступлению были лишь отговоркой. Су Сяотун предложила остальным вернуться домой.

— Идите без меня, я еще посижу. – С этими словами Ван Синсин развалился на барном стуле.

— Что, хочешь познакомиться с девчонками, когда мы уйдем? – Ся Ци игриво подмигнула. – Да ты уже давно тут жалом водишь!

— Знаешь же – про такое вслух не говорят. – Он ответил дурашливой ухмылкой.