Книга Принцесса Диана. Самоубийство длиною в жизнь, страница 87 – Виктория Балашова

В тот год Диану расстроила не только смерть Барри. На первый план стала выходить подружка, жена Эндрю, Сара. Казалось бы, их отношения развивались более чем хорошо. Диана наконец нашла родственную душу и хулиганила с подругой на пару, вызывая праведный гнев семьи. Правда, Сару отчего-то любили и не сильно ругали за выходки. Королева ей прощала все, и это тоже бесило Диану – почему Ферджи позволяется что угодно, а ее, Диану постоянно упрекают в любой малейшей оплошности. Печально, что Ферджи пользовалась большей популярностью и в королевской семье, главным образом у королевы. «Королева любила Ферджи, – вспоминает один из придворных. – Она принимала участие во всех затеях. Ферджи могла надеть ярко-розовые брюки, но королеве все равно нравилось». Ферджи прекрасно вписалась в семью, где обожали отдых на природе. В отличие от Дианы, она прекрасно ездила верхом и любила лошадей. Она училась управлять экипажем – принц Филипп это просто обожал, поскольку играть в поло больше не мог».

И вот зарождавшаяся дружба начала угасать. Диана не понимала простейшей вещи: позволяемое жене младшего сына не позволяется жене старшего. Чарльз стоял первым в очереди за короной, а соответственно, в Диане видели будущую королеву. Следующими в очереди стояли сыновья Дианы и Чарльза. То есть Сара и Эндрю в принципе не рассматривались как претенденты на престол (всякое бывает, но объективная ситуация на тот момент складывалась именно таким образом). Кроме того, Диана, имевшая прекрасное происхождение, тем не менее имела истеричный характер, постоянно смотрела в пол и не отличалась общительностью. А когда вдруг решала выделиться, то делала вещи, не соответствующие статусу будущей королевы. К тому же Диана не разделяла увлечений королевской семьи.

Сара, конечно, была простовата, но она с детства находилась при дворе со своим отцом и привыкла заниматься тем же, что и дети королевы. Вроде и Диана жила неподалеку, соседствуя с королевской семьей, но запала ей хватило ровно на те несколько месяцев, когда она пыталась женить на себе Чарльза. В отличие от Дианы Сара являлась истинным экстравертом – что в данных обстоятельствах помогало ей в общении внутри дворца и за его пределами. Журналисты начали уделять жене принца Эндрю повышенное внимание: она потеснила вечно печальную Диану с первых полос газет. А ведь слава, успех у репортеров и простых людей было единственное, чем могла похвастаться принцесса…

«Я страшно ревновала, – признавалась Диана. – … Ей действительно нравилось жить в этих местах (Балморал и Сандрингем), мне же приходилось там бороться за выживание. Я не могла понять, почему ей все дается так легко, думала, она станет такой, как я – опустит голову и будет вести себя скромно. Но получалось совершенно по-другому. Сара очаровала всех в той семье и сделала это блестяще. Она буквально втоптала меня в грязь… В Шотландии она делала все, чего не могла я. Я думала: «Так не может долго продолжаться! У нее когда-нибудь должны кончиться силы!» А на меня все смотрели и твердили: «Бедная Диана! Она такая тихая, вечно пытается разобраться в себе, прирожденный интроверт».

Модные слова «экстраверт» и «интроверт» многое объясняют, но они лишь иллюстрируют способ общения с людьми, предпочтения человека по проведению досуга и то, как он предпочитает работать. Диана по-прежнему не хочет видеть других проблем и опять обвиняет в своих неудачах окружающих. Ее болезни – не вина, а беда, но беда, с которой следовало бороться, а не пытаться анализировать поведение других людей, не имевших к возникновению проблем Дианы прямого отношения.