Книга Настоящая фантастика 2016, страница 286 – Вадим Панов, Ярослав Веров, Игорь Минаков, и др.

«Звездные войны» сплошь построены на сказочном архетипе (помните, вначале мы приводили пример про добрую детскую сказку и мастеров хоррора, как образец взбалтывания несовместимого?). Так тут ровно наоборот. Даже начало «однажды, в далекой-далекой галактике» неизбежно отсылает нас к незабвенному «в тридевятом царстве». Вот она Принцесса, которую надо спасать. Дарт Вейдер – ба! – да это же вылитый Кощей Бессмертный. Люк Скайуокер – Иван-дурак, как выясняется – Иван-Царевич. Роботы – классические животные-помощники. Ну, и локации современные: теперь ковер-самолет – это космический скутер, а Замок Кощея – Звезда Смерти. Поэтому и не имеет значения, раздаются ли в вакууме взрывы или нет, не вызывает вопросов идиотски плотное построение гигантских боевых дроидов (даже современные танки так не атакуют), лайтсворды, не стремящиеся улететь в бесконечность… Ну, и конечно, магия джедаев. Блестящее смешение, и держат его именно сказочные архетипы. Рекомендуем детям и взрослым.

Таким образом, смешение, плотно построенное на базовых архетипах (а сказка как раз такова), должно оказаться удачным. Правда, вот сделать это ох как нелегко. Но никто и не обещал, что будет просто.

Итак…

Как же ответить на сей животрепещущий вопрос: смешивать или нет? Стоит ли эксперимент того, чтобы за него браться? Безусловно – стоит. Однако нужно отдавать себе отчет, что работа на смешении стилей и направлений – то самое лезвие бритвы, по которому не всякий пройдет. И чтобы получить на выходе удивительной красоты коктейль, необходимо отнестись к произведению втрое внимательнее, чем при работе в рамках одного направления. Нужно отыскать общие грани различных жанров, стилей и архетипов и аккуратно свести их вместе, и только тогда история заиграет необычайными, навсегда запоминающимися красками.

Что же такое фантастика – предвидение, которое должно сбыться, или, наоборот, предостережение? Или это просто-напросто очередной «отвлекатель от мира сего», средство, которое надо принимать, чтобы не постоянно зацикливаться на окружающей реальности, картинка которой меняется и мелькает, но практически не влияет на космическое мирозданье. А если звездное небо над нами порой не всегда относится с позитивом к превратностям нравственного закона внутри нас? И что тогда поправлять-то надо?

Говоря о фантастике – в первую очередь о научной, – нужно понять: а должна ли она быть действительно научной или «с примесью гуманизма»? Если пристально рассматривать современную отечественную фантастику, то гуманизм там, конечно, можно найти, но чаще именно этакий – конкистадорский, поучительный. Кто с нами и с мечом, автоматом, бластером и прочим куда придет, тот тех, которые без, и окультурит. В меру своих умственных возможностей. Военизированная фантастика дает простор для экспансии – к жестоким действиям добавляются проникновенные фразы про необходимость, меньшее зло, галактическое братство. Нельзя сказать, что все главгерои подобных квасных мыльно-звездных опер в пространстве и времени выглядят совсем представителями «воинствующего инфантилизма», но на разумных читателей за пределами нашей планеты эти книги не рассчитаны. Ну, хотя бы потому, что земляне – самые-препрепресамые.