Книга Настоящая фантастика 2012, страница 84 – Алексей Бессонов, Андрей Дашков, Степан Вартанов, и др.

— Ничего хорошего не вижу, – сварливо возразил Буровский. – Все работает, пока солнце есть. А что если пыльная буря накроет?

Бортинженер покрутил головой, оглядывая близкий горизонт.

— Никаких признаков перемены погоды не вижу. Да и мой искин, – он ткнул толстым пальцем перчатки в диалоговую панель на левом предплечье, – сообщает, что в ближайшие часы погода не изменится.

— В ближайшие часы наступит ночь, – вмешался в их разговор Малеев. – Так что все споры оставьте до лучших времен. А сейчас сосредоточьтесь на походе. Витя, вперед!..

* * *

Второй привал они сделали после того, как уверовавший в надежность скафандра Буровский беспечно шагнул на склон очередной дюны, наступив на большой плоский камень. Тот неожиданно легко стронулся с места и буквально поплыл по песку вниз, наращивая скорость. Незадачливый ученый инстинктивно попытался удержать равновесие и встал на камень второй ногой. В результате скорость спуска возросла, и все стало сильно напоминать сноубординг, с той лишь разницей, что происходило на Марсе, а неудачное его завершение грозило вылиться в серьезные неприятности и для Буровского, и для его товарищей.

Более того, спуск Олега привел в движение весь склон дюны. Огромная масса черно-синего, базальтового песка дрогнула и поползла вперед и вниз, то и дело «вскипая» – эффект сальтации не замедлил сказаться и тут.

Малеев успел схватить бортинженера за ранец, иначе Писарева унесло бы песчаным потоком. Вдвоем они напряженно наблюдали за сумасшедшим «сноубордингом» Буровского. Олег вовремя сообразил, что соскакивать с камня не надо – движущаяся следом гигантская масса песка непременно поглотила бы его, и шансов у товарищей откопать потом ученого без специального оборудования наверняка не будет. Однако склон дюны закончился, и «сноуборд» остановился. И вот тут Буровский совершил ошибку. Ему надо было рвануть что есть сил дальше, уходя из-под надвигающейся лавины, а он вместо этого бросился в сторону, к невысокому останцу, надеясь пересидеть на нем песчаный поток.

— Олег, не туда! – в отчаянии крикнул Малеев по рации, но было поздно. Песчаная «река» захлестнула ноги ученого сначала по щиколотку. Буровский, используя силу экзоскелета, еще сумел сделать несколько шагов, выдергивая ступни из цепкой хватки, но песок быстро прибывал. Очередной кипящий «бурун» погрузил в себя космонавта сразу по колени. Олег не удержался и упал на бок. Тут же следующая «волна» накрыла его с головой.

— Азимут засек? – хриплым от волнения голосом спросил Малеев.

— Засек, – подтвердил Писарев.

— Тогда пошли. Не ровен час, песок воздуховод повредит или, того хуже, престиновые блоки.

Они осторожно ступили на успокоившийся склон. Однако оставшийся песок оказался достаточно плотным, так что даже привычных «мини-цунами» не образовывалось под ногами. Космонавты быстро добрались до места, где засыпало их товарища, но копать текучий грунт было нечем, только руками, и раскопки затянулись почти на час. Вдобавок выяснилось, что бортинженер не очень точно засек место, и в результате Буровского откопали метрах в трех правее от намеченного и на глубине почти двух метров!

Дополнительную тревогу вызвало и то, что Олег не отвечал на запросы. И лишь когда его извлекли на поверхность, поняли, в чем дело. Причиной нарушения связи стали все те же электростатические заряды, экранировавшие ультракороткие радиоволны.