Книга Вино с нотками смерти, страница 18 – Виктория Балашова

— Нет, почуять может ночью, но не сейчас. В пустыню пока обратного ходя нет. Когда часы снова начнут отбрасывать тень, ее само собой засосет в портал. Как я говорил, если мало сил набралась, — объяснил Игнат. — По собственной воле сущность в пустыню не возвращается.

— Хреново ей там, — кивнула Изабелла.

— А вам? — Герман посмотрел на яркую парочку.

— Нам нормально. Даже хорошо, — Изабелла улыбнулась и сжала руку Игната в своей. — Это у сущности нет ни тела, ни дома, ни воды, ни питья. Самое неприятное — сущность все чувствует, как телесное создание, но сделать ничего в пустыне не может. А мы живем возле большого моря, до которого сущности никогда не дойти. Мы — мужчина и женщина, стражники вашего мира. У нас вдоволь пищи и пресной воды. Поэтому нам никогда не попасть в мираж. Мираж — это проклятие для любого, кто ищет несуществующее.

У Германа уже болела голова от получаемой информации. От продолжения сложной для его понимания беседы спас звонок и близость пансионата. Парочка пошла в сторону корпуса, а Герман ответил на вызов.

— У Анжелики на кухне в холодильнике стоят банки с кровью, — дрожащим голосом сказала Оля. — Первый раз подобное вижу! Вампирша, представляете? Уверена, это кровь жертв. Везу в лабораторию на проверку.

— Анжелику взяли? — у Германа мурашки побежали по коже от волнения.

— Да, она, как ни в чем не бывало, домой вернулась после прогулки по магазинам. Повезли в участок.

Герман помчался туда же. Он не совсем верил в рассказанное звериной парочкой, но, в любом случае, те самые факты и улики, которые так были необходимы в этом деле, появились. Причем, неопровержимые: он, как и Оля, был уверен, что кровь в банках окажется кровью жертв.

Остаток дня Герман провел за составлением протоколов и отчетов. Анжелика сидела за решеткой. Она ни в чем не признавалась, лишь заливисто хохотала в ответ на все вопросы.

— Сочтут невменяемой, — прокомментировал Герман Оле. — Нам тут с ней еще повозиться.

Тем не менее, в глубине души он был рад, что все так закончилось. Психически ненормальная — это куда лучше, чем сущность из пустыни, наведывающаяся к людям, когда у солнечных часов случается затмение.

Вечером Герман, несмотря на усталость, решил навестить Игната и Изабеллу, рассказать им последние новости и попрощаться: после поимки Анжелики они собирались уезжать. «Неважно, куда они отправятся, в пустыню на свой пост или в столицу по месту регистрации, главное, уедут. А то неровен час я сам с ними со всеми с ума сойду», — думал он, поднимаясь к пансионату. Возле самых дверей мобильный прервал его размышления.

— Исчезла она, — чуть не плакала Оля. — Прямо из камеры исчезла! Замки на месте, никто с поста не отлучался, на видео — пустой коридор, отпечатков на дверях и замках нет!

— Не реви! — скомандовал Герман. — Разберемся. Не могла она испариться.

Но на душе у него стало препротивно. Он зашел в корпус. За стойкой сидела Лена.

— Ужас-то какой! — запричитала она. — Хорошо меня не покусала! Кошмар!

Герман устало кивнул и направился к лифту:

— Скажу ребятам, чем дело закончилось, — устало кинул он через плечо.

— Конечно, идите. Они не выходили. В номере сидят.

Постучав в дверь, Герман привалился к стене. Он представил, как через минуту будет сидеть за столом, с аппетитом есть, а потом, глядишь, и останется у них переночевать — больно неохота было тащиться домой. Анжелику будут искать без него. На дорогах посты предупредят, в ближайшем аэропорту, на станции. Городок маленький — скорее всего, здесь и обнаружат.